Развитие деятельности по организации и проведению азартных игр и пари в СССР

В эпоху строительства коммунизма игорный бизнес получил другую направленность. Органы власти запретили азартные игры и пари, и игорной культуре не оставалось ничего иного, как уйти в подполье. Такой вот парадокс: раньше в подполье сидели большевики, теперь – игроки. Игорный бизнес передислоцировался в тайные игорные клубы, в которых играли настоящие профессионалы своего дела. Сломленная социальными потрясениями первых десятилетий ХХ века, объявленная вне закона, культура карточных игр в России начала вырождаться, словно древний аристократический род, исчерпавший свой генетический потенциал.

Азартные люди, игроки, стали относиться к той нестабильной прослойке общества, к которой принадлежали так называемые «деклассированные» элементы, цыгане, пьяницы, а позже и наркоманы. В новой, большевистской России, как не могло быть частной собственности, к которой относились игорные заведения, так не могло быть и личностей, позорящих социалистическое общество своими пороками. Учитывая идеи коммунизма о должном отсутствии денежной массы в стране, сама игра на деньги по идее должна была стать анохронизмом, однако, несмотря на видимое отсутствие азартных игр как таковых, настоящие профессионалы этого рискового, но доходного дела не переводились.

На протяжении 75-летней истории Советского Союза было принято много заслуживающих внимание документов в отношении деятельности по организации и проведению азартных игр и пари.

В 1916 году появился первый декрет: к числу азартных игр была отнесена игра в кегли. Денежная игра в кегли ассоциировалась почему-то с проигрышами больших денег среди простолюдинов.

В постановлении Петроградского военно-революционного комитета от 24 ноября 1917 года выдвигалась задача «закрыть все клубы и притоны, где производится игра в карты». Выполнение приказа возлагалось на отряды Красной гвардии, революционных моряков, милиционеров и сотрудников ЧК. Весной 1918 года комиссар городского хозяйства Петрограда М. И. Калинин предложил легализовать азартные игры, а «все клубы и собрания, где будет производиться игра, причислить к категории предприятий, подлежащих обложению в пользу города, определив размер такого налога от 10 до 30 % от всего валового дохода».

Уже в те времена даже столь радикально настроенная против азартных игр власть понимала, что репрессивными методами бороться с азартными играми невозможно. В докладе Совету комиссаров Петроградской трудовой коммуны М. И. Калинин писал, что «искоренить репрессиями присущее природе человека влечение к играм нельзя».

Предложение, естественно, было отвергнуто, и все заведения с азартными играми перешли на нелегальное положение. Интересно, что в 1918 году были официально запрещены и лотереи.

Поворот к нэпу ситуацию улучшил. Через три года, 9 ноября 1921 года, Совет труда и обороны РСФСР издал постановление, по которому допускалась продажа игральных карт на территории страны. Также в 1921 году, когда Россию постигла сильнейшая засуха, была проведена первая всероссийская лотерея в помощь голодающим.

В течение двух лет местные органы власти разрешали деятельность игорных домов, руководствуясь финансовыми соображениями. Несмотря на это в конце 1923 года в СССР была создана комиссия по борьбе с самогоном, кокаином и азартными играми. Появилась она после исследований жизни петроградских рабочих, в ходе которых выяснилось, что карточные игры занимали больше времени в их досуге, чем танцы, спорт, музыка, шахматы и шашки вместе взятые. Рабочие становились завсегдатаями советских казино, полагая, что, тем самым, приобщаются к ценностям городской культуры. Азартные игры и пари были в то время очень популярны и среди военных. Именно тогда начались разговоры о запрете игорного бизнеса как чуждого советскому народу.

Сторонников радикальных мер в отношении азартных игр было, в общем-то, немного. Для того чтобы оградить пролетариат от игры сторонниками цивилизованного решения проблем игорного бизнеса в СССР предлагалось установление строжайшего контроля за игорными домами и азартными играми и недопущение в игорные дома красноармейцев, рабочих, учащихся и совслужащих.

Налогообложение игорных домов в Советских республиках осуществлялось по-разному. Например, в Советской Социалистической Республике Грузия государству отчислялось 95 % доходов с азартных игр, 65 % – с коммерческих игр, 65 % – с игры трант-карант и 65 % с входной платы, считая все виды отчисления с валовой суммы сбора за игру.

К началу 20-х годов относится открытие ипподромов в Советской России. Пробные бега и скачки на Московском ипподроме стали проводиться в начале 1921 года и послужили тому, что Главное управление коннозаводства и коневодства (ГУ КОН) постановило с осеннего сезона 1921 года организовать плановые испытания лошадей. С первых же дней деятельности ипподрома был открыт тотализатор, остававшийся на протяжении долгого времени единственным азартным развлечением советского народа.

Широкое распространение азартных игр и пари в пролетарской среде привело сначала к запрету открытия игорных домов в рабочих районах, а позднее, в мае 1928 года, СНК СССР предложил всем союзным республикам немедленно закрыть все игорные клубы и казино. Запреты не коснулись лишь тотализаторов на ипподромах. В этом же году в Уголовном кодексе СССР появилась статья 110 «Азартные игры», которая предусматривала за организацию азартных игр лишение свободы сроком до трех лет.

Если говорить об азартных играх, в которые играли в советское время, то самыми популярными были простые карточные игры, такие как «дурак», «пьяница», «сека» и «очко». В некоторых чудом сохранившихся семьях дворянского происхождения играли в преферанс. Собрания игроков в таких семьях были окружены аурой опасности, что придавало этому занятию особый романтизм.

Игорный бизнес процветал в тюрьмах и на зонах. Карты заключенные рисовали сами. Именно в этих местах сохранилось представление о карточном или любом другом игорном долге как о самом главном и важном. Здесь иногда вся жизнь стояла на кону.

На протяжении всего периода существования Советского Союза легальным азартным развлечением оставались лишь конные бега, так как они считались спортивным мероприятием (Таллиннский ипподром существует с 1923 года, а Московский – с 1921 года). Как это ни странно, но запрет обошел такую популярную карточную игру, как бридж, которая, наряду с шахматами, считалась интеллектуальным видом спорта.

Помимо этого, в народе была популярна такая «честная» игра, как наперстки, к которой проходимцы призывали народ на рынках и вокзалах. Не имея других азартных развлечений, люди относились к этой игре с большим интересом – смотрели, делали ставки, проигрывали все поставленные на кон деньги и ругались; и все равно – смотрели, ставили, проигрывали.

В советский период официальными играми на деньги были всевозможные лотереи (денежно-вещевые, Осоавиахим, ДОСААФ и т. д.) и игры с населением страны (СПОРТЛОТО). В лотереях, проводившихся ежемесячно по всей стране, разыгрывались различные дефицитные (а дефицитом тогда было практически все) товары народного потребления. Кроме того, на предприятиях и в организациях зачастую просто обязывали приобретать билеты государственных лотерей, в случае отказа угрожая ущемлением прав и интересов работников. Такие добровольно-принудительные меры оказывались весьма действенными: не имея иного выхода, народ, активно участвуя в лотереях, все-таки играл, принося немалый доход в бюджет государства. Между тем бридж не приносил казне никакого дохода, зато приобретал все больше и больше поклонников, и это не могло укрыться от всевидящего государственного ока.

Первый командный турнир по бриджу Прибалтийских республик состоялся в Риге в 1934 году. Подобные турниры стали регулярными. С 1967 года проводился Таллиннский фестиваль, на котором проходили соревнования по бриджу. Различные группы бриджа функционировали в Москве, Вильнюсе, Таллинне, Ленинграде, Киеве, Харькове, Львове, Тбилиси, Риге и других городах. В Эстонии и Литве на протяжении нескольких лет существовали даже федерации по этой карточной игре, проводившие различные республиканские и междугородные соревнования.

Бурное развитие бриджа в СССР было оборвано в 1973 году постановлением Спорткомитета СССР о несовместимости этого «буржуазного извращения» с Моральным кодексом строителя коммунизма. Вследствие этого постановления были разогнаны бриджклубы, а турниры проводились тайно, и нередко нарушители закона попадали в милицию. Интересно, что запрет на бридж был снят лишь в 1990 году соответствующим постановлением Госкомспорта СССР, признавшим эту карточную игру видом спорта.

В 1976 году в СССР был запущен первый массовый продукт для любителей игры – игра «Спортлото». Все средства от лотереи направлялись на финансирование спорта, в частности, на доходы от «Спортлото» была проведена в 1980 году Московская Олимпиада.

В советское время существовала проблема разделения азартных игр на игры с большими ставками и игры, служившие для развлечения и коротанием досуга. Больше всего эта проблема занимала сотрудников правоохранительных органов.

Время шло, запреты на азартные игры и пари оставались в силе. Более того, к концу 80-х годов самые разные слои населения не очень-то представляли себе, что же это такое – настоящие азартные игры. При этом ходили слухи о том, что сама правящая верхушка отнюдь не брезгует азартными играми, что в почете сочинский вариант преферанса и «непременно в темную, по ваучеру за вист».

Ну и, конечно, по-прежнему существовали тайные игорные дома, информацию о которых найти сейчас так же трудно, как в то время попасть туда обычному человеку. Однако играли часто и помногу. Иногда суммы ставок, при средней зарплате в 200 рублей, доходили до 10 000 за кон.

Таким образом, несмотря на Уголовный кодекс, запрещавший в СССР любую организацию азартных игр и пари, кроме тотализаторов на ипподромах, в Советском Союзе благодаря лотереям продолжал существовать игорный бизнес, адаптированный к реалиям той эпохи.

Тем не менее к исходу ХХ столетия государство, на протяжении многих десятилетий являвшееся монополистом в сфере игорного бизнеса и лотерей, начало утрачивать свои позиции, постепенно сдавая их частному бизнесу. Стремясь удержать интерес населения к лотереям, вместо трех – четырех привычных для советских граждан наименований лотерей государство стало выпускать их три с лишним десятка. Однако со временем «лотерейный этап» игорной истории нашей страны отошел в прошлое, уступив место новым изобретениям индустрии азарта: с начала 90-х годов все больший интерес у населения страны стали вызывать незнакомые доселе игровые автоматы с денежным выигрышем.

Первые игровые автоматы с выплатой денежных выигрышей (в то время их называли «игральными автоматами») появились на выставке «Аттракцион-71», проходившей в Москве, произвели среди участников выставки фурор. В том же году они были установлены на судах Морпасфлота, осуществлявших круизы за рубеж в 70-х годах прошлого века, и советские граждане, наконец-то, смогли вкусить все прелести изобретенной немецким механиком Чарльзом Феем азартной игры с «машиной». Установка игровых автоматов произошла с участием шведской фирмы «Бо Биллинг». Этой же фирмой 18 марта 1971 года уже на суше был открыт первый экспериментальный зал игровых автоматов в Доме игр в Мустамяэ (Эстония). С конца 70-х годов на южных курортах можно было встретить отдельные игровые машины, контрабандой ввезенные в СССР. Однако первые автоматы, появившиеся в нашей стране на вполне законных основаниях, были установлены лишь в 1988 году – в гостиницах Госкоминтуриста СССР В/О «Интурсервис». В системе Госкоминтуриста СССР было образовано ВХВО «Интурсервис», которое разрабатывало новые виды дополнительных услуг для иностранных туристов с оплатой в свободно конвертируемой валюте.

В первый год эксплуатации игровых автоматов с денежным выигрышем предусматривались ставки только в свободно конвертируемой валюте, но после образования российско-испанского предприятия «Фортуна», возглавляемого Дмитрием Слободкиным, было получено разрешение играть на рубли. Тогда же свои первые игровые автоматы привез в Россию будущий президент АДИБ Игорь Балло, а еще чуть позже по этому пути пошел Евгений Коротков вместе с голландской компанией Good Luck. В первые месяцы существования игровых автоматов непривычная к подобным развлечениям публика относилась к машинам с большой осторожностью. Однако спустя всего несколько месяцев игроки, почувствовавшие вкус к этой принципиально новой азартной забаве, ради того, чтобы испытать незабываемые ощущения, записывались в очереди для игры по часам.

В период «перестройки» интерес к легальным играм был огромен, даже несмотря на то, что на первом этапе развития азартной индустрии во властных структурах не было единогласия относительно существования отрасли. Естественно, не было и речи о какой-либо законодательной базе. В непростое для страны время Правительство было вынуждено, поступившись своими исконными принципами, разрешить азартные игры и пари. Однако сделано это было исключительно в целях повышения доходов государственного бюджета, но никак не ради возрождения среди граждан утраченной в советские десятилетия культуры игры.

В середине 80-х годов в Москве в ЦМТ чуть было не открылось и первое казино. Были закуплены игровые столы, сделан косметический ремонт, начат набор персонала, однако воплотить в реальность идею «советского казино» в тот момент не получилось. Идея открытия казино не нашла поддержки у верхушки власти.

Что не получилось в середине, получилось в самом конце 80-х годов, и этому не смогли помешать никакие правительственные меры. Придуманные человеком законы не способны остановить развития истории, которая, как известно, движется по спирали, виток за витком, возвращаясь к былому. В начале 1989 года ряд иностранных компаний обратился в ВХВО «Интурсервис» с просьбой о создании первых в СССР казино. И, наконец, 23 августа 1989 года в столичной гостинице «Савой» фирмой «Амхерст Интернейшнл», возглавляемой финном Пеккой Салми, был открыт первый в стране игорный дом. Генеральным менеджером этого казино стал Валерий Милов. Через 2 месяца открылось и второе валютное казино «Москва» в гостинице «Ленинградская».

Эксперимент с эксплуатацией игровых автоматов с денежным выигрышем показал, что эффективность использования инвалютных средств в 1989 году по сравнению с вложениями Госкоминтуриста СССР в другие проекты выше в 25 раз. Почти сразу же вышло постановление Правительства «О финансовом оздоровлении экономики», в рамках которого с учетом опыта и объема доходов от экспериментальной эксплуатации игровых автоматов В/О «Интурсервиса» было принято решение: азартным играм и пари на территории страны быть!

В том же году, имея результаты эксперимента по эксплуатации игровых автоматов с денежным выигрышем, Председатель Государственного комитета по иностранному туризму СССР В. Я. Павлов 6 апреля 1989 года направил в Совет Министров СССР письмо № 11-1-11/213 о перспективах развития игорного бизнеса в СССР. Заместитель Председателя Совета Министров СССР Л. А. Воронин в письме № ПП-24365 от 11 сентября 1989 года поручил подготовить заключение по возможному развитию применения игровых автоматов с выплатой денежных выигрышей на территории СССР, а также поручил Министерству финансов СССР проработать вопросы, связанные с коммерческой деятельностью, ввиду открытия казино и залов игровых автоматов.

Как и предлагалось в письме Министра финансов СССР, поручением Правительства № 26810 от 28 сентября 1989 года на основании записки Бюро Совета Министров СССР по социальному развитию от 26 сентября 1989 года была создана рабочая группа в составе Минюста СССР, МВД СССР, Минфина СССР, МВЭС СССР, Минморфлота СССР, ГТК при Совете Министров СССР и ВХВО «Интурсервис», в результате работы которой Заместителем Председателя Совета Министров СССР было подписано поручение Правительства № 38404 от 22 декабря 1989 года, подтверждающее согласие Совета Министров СССР с предложениями рабочей группы.

Вся эта сложная и кропотливая работы позволила вплотную подойти к возможности впервые в СССР подготовить проект постановления Совета Министров СССР «Об организации игорного дела в СССР». Данный проект был разослан на согласование в республиканские органы власти и ВХВО «Интурсервис». Однако работа ведомств над будущим законом, впервые после революции 1917 года направленным на регулирование деятельности по организации и проведению азартных игр и пари, а не на ее запрещение, совпала с глобальными изменениями в истории страны. Распад советского государства отодвинул работу над законопроектом об игорном бизнесе еще на много лет.