1. Оговорки[137]

1. Оговорки[137]

Национальный проект «Здоровье» и политика государства, направленная на значительное увеличение финансирования мер по охране здоровья, являются, безусловно, позитивным фактором, находящим поддержку в широких слоях населения.

Давно запрашиваемое медицинским сообществом повышение заработных плат, насыщение отрасли оборудованием, лекарственное обеспечение, масштабное строительство новых медицинских центров – все это и многое другое в огромной степени изменяют положение дел в здравоохранении.

Сегодня можно смело говорить о том, что главный фактор, на который прежде «списывались» грехи здравоохранения и который был своеобразным щитом для ошибок медицины и отдельных врачей, прекратил свое действие. Речь, конечно, идет о том, что в здравоохранении не было денег. Сейчас общество понимает: деньги в медицине есть. Хотя можно спорить о том, насколько эффективно они используются, сегодняшняя ситуация сама по себе совершенно иначе позволяет посмотреть на ответственность субъектов, отвечающих за охрану здоровья. С нищего здравоохранения и спросить-то ничего нельзя. С сегодняшнего здравоохранения необходимо спрашивать, иначе выделенные государством деньги растворятся в бездонном хаосе представлений о том, за что отвечать должно, а за что нет.

Имеются все основания полагать, что деньги, выделенные государством на охрану здоровья, требуют контроля за качеством и эффективностью их использования, а это и определяет в конечном счете качество медицинской помощи. Таким образом, имеется совпадение интересов государства и общества в налаживании системы контроля за качеством и своевременностью медицинской помощи.

С 2004 г. наметилась общая тенденция по увеличению количества жалоб граждан на медицинскую помощь. Растет количество уголовных дел, приговоров, удовлетворенные суммы исков в гражданских спорах в сотни раз превышают прежние. До сих пор будоражат страну громкие дела, последние из которых: в Екатеринбурге ребенку заклеили рот; в Краснодаре малышке (Соне Куливец) ампутировали руку; в Тихорецке мужчине, не имевшему полиса ОМС, отказали в медпомощи, и он скончался.

Само медицинское сообщество оказывается совершенно неподготовленным к тому, что его действия, как правило, имеют юридически значимые последствия (последствия для жизни и здоровья человека), за которые нередко предусмотрена уголовная ответственность. В этой ситуации оно отвечает обществу еще большей закрытостью, обидами и негативной составляющей корпоративности.

Сопоставляя общественную опасность противоправного действия (бездействия) врача и общественную опасность деяний лиц, которых в обществе принято считать преступниками, несложно убедиться, что образ врача и образ преступника несопоставимы. В массовом общественном сознании врач и не должен сравниваться с преступником, иначе доверие к профессии врача будет подорвано окончательно, что сведет результат любого медицинского вмешательства к минимуму, а многие люди (пациенты и врачи) уйдут из медицины к шарлатанам, как это происходит сейчас.

В то же время дисквалификация врача (лишение права заниматься медицинской деятельностью), по сути, является административным, а не уголовным наказанием. По крайней мере, дисквалификации можно добиться и в порядке административного преследования. Неудивительно, что любая попытка возбудить уголовное дело против врача наталкивается на стену корпоративности: система здравоохранения, эксперты, иногда само государство (его органы) оказываются на стороне врача и защищают его, свято полагая, что он не «уголовник». Проще говоря, неадекватность возможного наказания (уголовного) вызывает столь же неадекватную, но, по существу, правомерную защиту врачебного сообщества от гипертрофированных обвинений вроде «врачи-убийцы!» (выражение, часто употребляющееся в СМИ), что неграмотно даже с юридической точки зрения.

При этом имеются все основания полагать, что угроза административного наказания взамен уголовного не вызывала бы столь мощного отпора со стороны врачебной корпорации, а, напротив, могла бы стать мощным инструментом в борьбе за чистоту рядов и за улучшение качества медицинской помощи.

Вероятно при этом, что умышленные преступления останутся прерогативой УК РФ, а в данном контексте речь идет только о преступлениях с неосторожной формой вины (легкомыслие и небрежность). Это не означает, что случай, когда, например, родильнице с сепсисом не дали антибиотик, должен расцениваться как административное нарушение. Случаи такого рода должны быть рассмотрены как преступления с косвенным умыслом с учетом определения ч. 3 ст. 25 УК РФ: «лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность наступления общественно опасных последствий, не желало, но сознательно допускало эти последствия либо относилось к ним безразлично», – так может и должно трактоваться убийство с косвенным умыслом.

Таким образом, имеется необходимость в том, чтобы перенести основную тяжесть ответственности врача за преступления с неосторожной формой вины из уголовного законодательства (УК РФ) в административное (КОАП РФ[138]) посредством:

1. Дополнения КОАП РФ. На сегодняшний день ненаказуемыми в административном и уголовном порядке являются причинение по неосторожности в процессе оказания медицинской помощи легкого и среднего вреда здоровью гражданина лицом, обязанным оказывать медицинскую помощь. Такое причинение должно быть наказуемо штрафами и/или частичной, и/или полной (пожизненной) дисквалификацией, и/или наказанием в виде обязанности пройти обучение в период дисквалификации с последующей сертификацией.

2. Перенесения из УК РФ в КОАП РФ и соответствующего их изменения ряда норм – например, ч. 2 ст. 109 УК РФ (Причинение смерти по неосторожности субъектом профессиональной деятельности) и ч. 2 ст. 118 УК РФ (Причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности субъектом профессиональной деятельности).

3. Создания какой-либо государственной структуры (службы, ведомства, министерства), обладающей функцией административного преследования медицинского персонала и поддержкой административного обвинения в судах, или наделение указанной функцией той или иной из существующих структур.

Общественный совет по защите прав пациентов при Росздравнадзоре выражает уверенность в том, что подобные меры необходимы российскому здравоохранению и оздоровят его, поскольку адекватная ответственность и правоприменительная практика позволят создать правовые критерии качества и своевременности медицинской помощи, «привив» их каждому врачу.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.