1.3. Информация ограниченного доступа: частная жизнь и персональные данные

Понятие «частная жизнь» – одно из сложнейших в юриспруденции. Границы и аспекты частной жизни в каждом конкретном случае могут переопределяться, а соотношение этого понятия со смежными (личная жизнь, персональные данные, личная и семейная тайна и т. д.) по-разному рассматривается в различных документах и теоретических трудах. Тем не менее право на частную жизнь относится к числу фундаментальных прав человека. Неприкосновенность частной жизни гарантируется ст. 8 Европейской конвенции по защите прав человека, ст. 23, 24 Конституции РФ, ст. 150, 152.2 ГК РФ.

Согласно определению Совета Европы, частная жизнь – это право вести свою жизнь с минимальным вмешательством в нее других лиц (Резолюция № 428 (1970) Консультативной ассамблеи Совета Европы от 23.01.1970 «Относительно Декларации о средствах массовой информации и правах человека»[5]). Резолюция № 1165 (1998) Парламентской ассамблеи Совета Европы, принятая после гибели принцессы Дианы, дополнила: «С учетом новых коммуникационных технологий, позволяющих хранить и воспроизводить личные данные, к данному определению необходимо добавить право на контроль личных данных лица» (Резолюция № 1165 (1998) Парламентской ассамблеи Совета Европы от 26.06.1998 «О праве на неприкосновенность частной жизни»[6]). Европейский суд по правам человека исходит из того, что даже в публичной сфере и даже у публичных людей (политиков, звезд шоу-бизнеса и пр.) существует зона взаимодействия человека с другими людьми, которая может относиться к сфере частной жизни. Исчерпывающее определение частной жизни и права на ее неприкосновенность сформулировал Конституционный суд РФ: «Право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну означает предоставленную человеку и гарантированную государством возможность контролировать информацию о самом себе, препятствовать разглашению сведений личного, интимного характера; в понятие “частная жизнь” включается та область жизнедеятельности человека, которая относится к отдельному лицу, касается только его и не подлежит контролю со стороны общества и государства, если носит не-противоправный характер» (Определение Конституционного суда РФ от 28.06.2012 № 1253-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Супруна Михаила Николаевича на нарушение его конституционных прав ст. 137 Уголовного кодекса РФ»[7]). Иными словами, когда человек рассчитывает на сохранение тайны или анонимности, не всегда правомерно относить то, что он стремится скрыть, к тайне частной жизни. Так, «преступное деяние не относится к сфере частной жизни лица, сведения о которой не допускается собирать, хранить, использовать и распространять без его согласия» (п. 7 Определения Конституционного суда РФ от 14.07.1998 № 86-О «По делу о проверке конституционности отдельных положений Федерального закона “Об оперативно-розыскной деятельности” по жалобе гражданки И. Г. Черновой»).

Гражданский кодекс РФ также указывает (п. 1 ст. 152.2), что без согласия гражданина возможны сбор, хранение, распространение и использование сведений о частной жизни: 1) если эти действия осуществляются в публичных интересах или 2) если сведения к моменту возникновения конфликта уже были общедоступны. Впрочем, применение второго пункта должно быть уточнено с учетом позиции ЕСПЧ. «Европейский Суд полагает, что при определенных обстоятельствах ограничение на воспроизведение информации, которая уже стала общедоступной, может быть оправданным – например, для предотвращения дальнейшего публичного обсуждения подробностей частной жизни лица, когда такое обсуждение не является частью политической или публичной дискуссии по вопросу, представляющему общественный интерес» (§ 50 Постановления ЕСПЧ от 16.12.2010 «Дело “Алексей Овчинников (Aleksey Ovchinnikov) против Российской Федерации”, жалоба № 24061/04).

Подход к распространению информации о частной жизни публичных лиц имеет свои особенности: «Каждый их поступок и каждое слово неминуемо и преднамеренно подлежат пристальному рассмотрению как журналистами, так и в целом общественности… Это подчеркивает, что право на распространение информации, которое является существенным правом в демократическом обществе, может даже распространяться на аспекты частной жизни публичных лиц, особенно, если речь идет о политиках…» (Постановление ЕСПЧ от 08.10.2009 «Дело “Порубова (Porubova) против Российской Федерации”», жалоба № 8237/03).

Нарушение неприкосновенности частной жизни может повлечь обращение лица, чьи интересы затронуты, в государственные органы, причем предусмотрена как гражданско-, так и уголовно-правовая защита. Гражданский кодекс РФ предусматривает защиту частной жизни в ст. 152.2. При выборе этого пути истец обязан доказать:

1) факт распространения ответчиком оспариваемых сведений;

2) наличие указания на истца в распространенном материале;

3) относимость сведений к частной жизни;

4) факт нравственных и/или физических страданий – в случае предъявления требований о компенсации морального вреда.

На ответчика ложится бремя доказывания того, что фигурант согласен на распространение сведений, что защищается общественный интерес и что спорная информация общедоступна.

Согласно гражданскому законодательству, пострадавший может требовать:

• признания судом факта нарушения его личного неимущественного права;

• опубликования решения суда о допущенном нарушении;

• пресечения или запрещения противоправных действий;

• денежной компенсации морального вреда;

• изъятия и уничтожения экземпляров материальных носителей, содержащих соответствующую информацию.

Статья 137 УК РФ посвящена нарушению неприкосновенности частной жизни. Состав преступления определяется здесь следующим образом: это незаконное собирание или распространение сведений о частной жизни лица, составляющих его личную или семейную тайну, без его согласия либо распространение этих сведений в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении или средствах массовой информации, если эти деяния совершены из корыстной или личной заинтересованности и причинили вред правам и законным интересам граждан. Для привлечения нарушителя к ответственности необходимо доказать, что его действия преследовали некоторую выгоду и причинили вред правам и законным интересам граждан.

Статья 138 УК РФ определяет наказание за нарушение тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений граждан. При нарушении такой тайны не требуется ни доказательства заинтересованности виновного, ни наличия вреда для какого-либо конкретного лица. В этом случае действия виновного являются посягательством на основы конституционного строя, и поэтому в них наличествует состав уголовно наказуемого деяния.

Кроме того, УК РФ предусматривает ответственность за разглашение тайны усыновления (удочерения) (ст. 155).

С рассмотренной темой тесно связано понятие персональных данных, которое отечественный законодатель понимает как родовое по отношению к понятию частной жизни. Согласно Федеральному закону от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных», персональные данные – любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу (ст. 3). Закон содержит 12 условий обработки персональных данных (ст. 6), причем для правомерности обработки достаточно любого из них:

1) обработка персональных данных осуществляется с согласия субъекта персональных данных;

2) обработка персональных данных необходима для достижения целей, предусмотренных международным договором Российской Федерации или законом;

3) обработка персональных данных осуществляется в связи с участием лица в конституционном, гражданском, административном, уголовном судопроизводстве, судопроизводстве в арбитражных судах;

4) обработка персональных данных необходима для исполнения судебного акта, акта другого органа или должностного лица, подлежащих исполнению в соответствии с законодательством РФ об исполнительном производстве;

5) обработка персональных данных необходима для исполнения полномочий органов исполнительной власти, органов государственных внебюджетных фондов, органов местного самоуправления и функций организаций, участвующих в предоставлении соответственно государственных и муниципальных услуг;

6) обработка персональных данных необходима для исполнения договора, стороной которого либо выгодоприобретателем или поручителем по которому является субъект персональных данных;

7) обработка персональных данных необходима для защиты жизни, здоровья или иных жизненно важных интересов субъекта персональных данных, если получение согласия субъекта персональных данных невозможно;

8) обработка персональных данных необходима для осуществления прав и законных интересов иных лиц либо для достижения общественно значимых целей при условии, что при этом не нарушаются права и свободы субъекта персональных данных;

9) обработка персональных данных необходима для осуществления профессиональной деятельности журналиста и/или законной деятельности средства массовой информации либо научной, литературной или иной творческой деятельности при условии, что при этом не нарушаются права и законные интересы субъекта персональных данных;

10) обработка персональных данных осуществляется в статистических или иных исследовательских целях при условии обязательного обезличивания персональных данных;

11) осуществляется обработка персональных данных, доступ неограниченного круга лиц к которым предоставлен субъектом персональных данных либо по его просьбе;

12) осуществляется обработка персональных данных, подлежащих опубликованию или обязательному раскрытию в соответствии с федеральным законом.

С 1 сентября 2016 г. все базы персональных данных российских граждан должны находиться на территории РФ. Особое значение это имеет для серверов, на которых хранится информация, переданная через сеть Интернет. Исключение составляют случаи, когда обработка персональных данных необходима для достижения предусмотренных международным договором России или законом целей, осуществления правосудия, исполнения полномочий органов исполнительной власти, осуществления журналистской, научной, творческой деятельности.

Доступ к информационным ресурсам в сети Интернет, в том числе к сетевому адресу, доменному имени, указателю страниц, позволяющим идентифицировать информацию, обрабатываемую с нарушениями законодательства, может быть ограничен на основании судебного решения.

Значительный вклад в дело защиты персональных данных внес Трудовой кодекс РФ, в котором этому вопросу посвящена гл. 14 (ст. 86–90). В частности, устанавливаются ограничения на сбор сведений о работнике его работодателем, необходимость под расписку ознакомить работника с порядком сбора и обработки персональных данных, принятых в организации и т. д. Работодатель может сообщать ставшие ему известными персональные данные работника третьим лицам лишь в трех случаях:

• для предупреждения угрозы жизни и здоровью данного работника;

• в случаях, установленных федеральным законом (например, по решению суда);

• при наличии письменного согласия работника (ст. 88).

Ответственность за сохранность предоставленных ему персональных данных возлагается на работодателя. Таким образом, простое сообщение номера домашнего телефона или даты рождения работника третьим лицам или не слишком тщательное сохранение их в тайне может повлечь наказание. Административная ответственность за нарушения предусмотренных в ТК РФ обязанностей наступает по статьям Кодекса РФ об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ). Статья 13.11 «Нарушение установленного законом порядка сбора, хранения, использования или распространения информации о гражданах (персональных данных)» определяет в качестве мер ответственности предупреждение или штраф, доходящий по отдельным составам правонарушений до 20 тыс. руб. для должностных лиц и 75 тыс. руб. – для юридических. Статья 13.14 «Разглашение информации с ограниченным доступом» устанавливает штраф до 5 тыс. руб. Впрочем, эти меры ответственности не исключают для пострадавшего возможности требовать компенсации понесенного ущерба в гражданско-правовом порядке.

В качестве примера реализации норм, защищающих право граждан на обработку их персональных данных, приведем вполне типичную бытовую историю, ставшую предметом рассмотрения в петербургских судах. Обстоятельства дела были следующими. В одной из городских коммуналок произошел конфликт между собственниками. Многочисленные члены семьи Л. вели себя так, как будто квартира принадлежала им целиком: курили на кухне, выкручивали электрические лампочки и даже патроны в коридоре, вынимали батарейки из газовой колонки в ванной и в довершение всего установили в коридоре видеокамеру. Собственница другой половины квартиры, вкручивавшая эти лампочки и вставлявшая батарейки, обратилась в районный суд. Не рассматривая всех правонарушений членов семьи Л., обратим внимание, что суд квалифицировал размещение камеры в месте общего пользования как сбор персональных данных. Таким образом, российские суды следуют европейскому подходу, относящему к объектам защиты не только словесную, но и визуальную информацию. Истица выиграла суд, решение районного суда устояло и при рассмотрении в апелляционной инстанции. О степени защищенности гражданина от правонарушителей-соседей можно судить по резолютивной части суда: «на ответчиков возложена обязанность демонтировать видеокамеру… не курить в местах общего пользования… не выкручивать электрические лампочки накаливания, находящиеся в исправном состоянии, в местах общего пользования, не вынимать батарейки, находящиеся в исправном состоянии, из газовой колонки… С ответчиков в пользу истицы взысканы расходы по оплате государственной пошлины» (Апелляционное определение Санкт-Петербургского городского суда от 18.09.2013 № 33-12665/2013).

* * *

Таким образом, в России сложилась система регулирования доступа граждан и иных лиц к информации, основанная на общедозволительном типе регулирования информационной сферы. Нормативная база данной система отвечает требованиям свободы информации, установленным международными договорами РФ.

Ограничения, вводимые на распространение информации, в соответствии с мировой практикой направлены на защиту государственной, коммерческой тайн, тайны частной жизни, других законных интересов.

Задание к гл. 1

ООО «Мужчина у станка» заключило с ООО «Ваш PR» договор об оказании маркетинговых услуг. «Ваш PR» должен был разработать для заказчика коммуникационную стратегию, заняться продвижением в социальных сетях, создать не менее пяти информационных поводов за полгода. При этом договор содержал положение о соблюдении конфиденциальности его существенных условий, согласно одному из пунктов предоставление заказчиком исполнителю сведений и документов, составляющих коммерческую тайну, должно было оформляться отдельным актом с полным перечнем сведений и документов. По прошествии четырех месяцев «Мужчина у станка» разорвало партнерские отношения, посчитав, что «Ваш PR» недобросовестно относится к взятым на себя обязательствам: коммуникационная стратегия не была индивидуализирована под особенности заказчика, а представляла набор общеизвестных положений, информационные поводы не вызывали сколько-нибудь значимого интереса СМИ, а продвижение в социальных сетях было передоверено субподрядчикам.

После прекращения действия договора сотрудники ООО «Ваш PR» стали активно комментировать сложившуюся ситуацию. На ряде профессиональных сайтов появились их рассказы о том, что руководство «Мужчины у станка» не понимает смысла коммуникационной стратегии, в то время как специалисты из «Вашего PR» разработали документ, в полной мере отражающий требования заказчика. Отклик на организованные PR-специалистами события соответствовал особенностям информационной сферы, в которой необходимо было продвигаться «Мужчине у станка», и т. д.

В ответ на эти выступления ООО «Мужчина у станка» обратилось в арбитражный суд с иском о разглашении ООО «Ваш PR» коммерческой тайны.

1. Какие условия должна соблюсти компания, чтобы принадлежащая ей информация относилась к коммерческой тайне?

2. Сформулируйте и обоснуйте позиции истца (ООО «Мужчина у станка») и ответчика (ООО «Ваш PR»).

3. Предположите решение арбитражного суда.