V

Убийцы прошли на Петербургскую сторону, заняли в трактире кабинет и приступили к дележке.

Все было у Клусова. Он теперь чувствовал себя хозяином положения. Денег было много, но все в бумагах!

Кадысев потемнел.

— А ассигнациями?

Всего сто с небольшим.

— Стоило и руки марать! Эх, дурни! Не сумели и искать! — выругался Кадысев.

— А это не деньги? — сказал Клусов.

— Я, брат грамотный, — ответил Кадысев, — это деньги, да с глазами. Бери хоть все себе, а бумажки поделим!

Алексеев сидел все время молча, как пришибленный.

— Мне же лучше, — сказал радостно Клусов и тотчас же разделил ассигнации.

Кадысев и Алексеев получили по 35 рублей.

— Ты, брат, лучше от греха купоны да эти акции сожги! — сказал на прощание Клусову Кадысев.

— На дурака напал! — засмеялся Клусов.

— Твое дело!

В 5 часов дня генерал вернулся домой и открыл ужасное преступление.

Убийство на Дворцовой набережной, среди белого дня, взволновало весь город.

И при наглости оно явилось таинственным. Кроме топора — никаких следов.

Ведение следствия по этому делу принял на себя сам начальник уголовной полиции В. Г Филиппов.