§ 3. Развитие методико-криминалистических рекомендаций в первые годы Советской власти

Революционные события 1917 г., последовавшие за ними Гражданская война, разруха в промышленности и сельском хозяйстве, слом старой судебной системы и правоохранительного аппарата с одновременным ростом преступности значительно обострили положение дел в стране.

Не лучшим образом эти события отразились и на юридической науке.

Страну покинули многие видные ученые-юристы, в том числе и представители нарождавшейся криминалистики, такие как В. И. Лебедев, С. Н. Трегубов, Б. Л. Бразоль и многие другие.

Становление советской криминалистики было неразрывно связано со становлением другой, послереволюционной судебной системы и правоохранительных органов, которые фактически создавались заново.

Первым актом, положившим начало формированию судебной системы молодого Советского государства, стал Декрет СНК РСФСР о суде № 1 от 24 ноября 1917 г. Он упразднил все дореволюционные судебные органы, институт судебных следователей, прокуратуру, адвокатуру. Взамен их были созданы коллегиальные суды, избираемые местными Советами. Предварительное следствие осуществлялось судьями единолично.

22 февраля 1918 г. ВЦИК РСФСР принял новый Декрет о суде № 2, в соответствии с которым создавались следственные комиссии при окружных судах, избираемые местными Советами. Согласно Декрету о суде № 3 от 20 июля 1918 г. следственные комиссии были переподчинены местным Советам. 30 ноября 1918 г. ВЦИК РСФСР утвердил Положение о народном суде РСФСР, которое унифицировало судебную систему Республики. Предварительное следствие, согласно Положению, проводили следственные комиссии, милиция либо сами судьи. В соответствии с принятым 21 октября 1920 г. новым Положением о народном суде проведение предварительного следствия возлагалось уже не на следственные комиссии, действовавшие коллегиально, а на единолично действующих народных следователей. В ноябре 1922 г. было принято Положение о судоустройстве РСФСР, положившее начало новой судебной реформе. Осуществление предварительного следствия возлагалось по-прежнему на народных следователей при отдельных судебных учреждениях (губернских судах, Верховном Суде РСФСР), а также при следственных участках и отделе прокуратуры Наркомата юстиции.

Параллельно с местными судами функционировали учрежденные еще Декретом о суде № 1 революционные трибуналы, рассматривавшие дела о контрреволюционных преступлениях, предварительное следствие по которым осуществлялось особыми следственными комиссиями. Несколько позже правом расследования контрреволюционных преступлений была наделена ЧК. Новое Положение о ревтрибуналах от 18 марта 1920 г. упразднило специальные следственные комиссии, возложив их функции на органы ВЧК и особые отделы. В феврале 1922 г. на базе ВЧК было создано Государственное политическое управление (ГПУ) при НКВД РСФСР, получившее право на проведение розыскных действий, дознания и предварительного следствия.

Сразу же после революции была создана и советская милиция. Окончательно система органов милиции сложилась в 1920 г. В июне 1920 г. ВЦИК РСФСР утвердил Положение о рабоче-крестьянской милиции, возлагавшее на ее органы в том числе проведение следственных действий и дознания по уголовным делам.

Характерной чертой формирования новых судебных и правоохранительных органов стал ярко выраженный классовый подход в кадровых вопросах.

На судебно-следственную работу приходили новые люди, как правило, не имевшие достаточной правовой и специальной подготовки.

В целях методического обеспечения работы народных следователей и органов дознания в послереволюционные годы издаются специальные инструкции по производству предварительного следствия и о порядке производства дознания.

В этих инструкциях в понятной, доступной форме сообщались разнообразные сведения, касающиеся вопросов уголовного права, судоустройства, подследственности, задач предварительного следствия и дознания, общей организации деятельности по расследованию преступлений, криминалистических аспектов проведения отдельных следственных действий, порядка составления и оформления протоколов следственных действий и других следственных документов, а также приводились образцы следственных документов.

В инструкциях должностным лицам, занимающимся деятельностью по расследованию преступлений, приводились также и методические рекомендации по расследованию отдельных видов преступлений (убийств, причинения телесных повреждений, изнасилования, истязания, краж, грабежей, разбоев, поджогов, подделке денежных знаков и документов, взяточничества, мошенничества и т. п.[242], контрреволюционных преступлений, спекуляции, должностных преступлений[243], а также воинских преступлений[244]).

Чаще всего эти рекомендации сводились к описанию некоторых особенностей проведения отдельных следственных и других действий, реже давались советы по последовательности их выполнения, иногда приводились сведения о способах совершения некоторых преступлений.

Более полными по содержанию являлись издаваемые в 1920-е годы инструкции органам милиции о порядке производства дознаний[245].

Во всех этих инструкциях в заключительном разделе (специальной части) приводились сведения о действиях органов милиции при дознании по отдельным категориям преступлений (массовые беспорядки, убийства, телесные повреждения и насилие над личностью, половые сношения с лицами, не достигшими половой зрелости, изнасилования, поджоги, тайное и открытое похищение чужого имущества, другие наиболее часто встречающиеся виды преступлений, например, самогоноварение, преступления в сфере торговли, хулиганство).

Эти рекомендации также чаще всего сводились к описанию особенностей проведения отдельных следственных и других действий, несколько реже давались советы по последовательности их выполнения и приводились сведения о способах совершения некоторых преступлений и вопросах, подлежащих выяснению при их расследовании. Изложение материала часто сопровождалось примерами из практики[246].

В это же время выходят первые авторские работы советского периода, в которых затрагиваются как общие вопросы организации расследования преступлений, так и отдельные вопросы методико-криминалистического характера[247].

Становление советской криминалистики проходило в нелегких условиях борьбы с распоясавшейся уголовной преступностью. Сотрудникам правоохранительных органов молодой страны Советов зачастую не хватало ни элементарных знаний, ни практического опыта работы.

«Наши народные судебные учреждения, – писал в 1922 г. журнал “Рабоче-крестьянская милиция”, – только еще начинают входить в нормальную колею, состав судей еще невелик, а на другом полюсе, – бесконечная вереница нарушений революционного закона. Понятно поэтому, как важны быстрота, определенность в направлении и постановке судебного дела и как важна роль в этом милиции, как органа дознания…[248]«

Свою положительную роль в распространении криминалистических знаний в 1920-е гг. сыграли и переводные издания немецких криминалистов, в которых содержалось много дельных советов по организации раскрытия преступлений, применению научно-технических средств и тактике отдельных следственных действий[249].

В этих работах содержалось немало ценной информации о порядке и сущности действий уголовной полиции при расследовании отдельных видов преступлений (убийств и грабежей, краж и укрывательства, мошенничества и различных его разновидностей, банкротства, поджогов, подделке документов и денежных знаков, преступлений против нравственности, изгнании плода, вымогательства и т. д.)[250].

А, например, в небольшой, но оригинальной книге Э. Анушата советский читатель мог познакомиться с предлагаемой автором общей схемой расследования преступлений, представляемой как результат логической работы, заканчивающейся выведением умозаключений, в основании которых должны находиться все элементы уголовного дела.

Результат расследования, по мнению Э. Анушата, должен выводиться из двух посылок, малой и большой. В качестве малой посылки выступают особенности расследуемого преступления, которые устанавливаются путем проведения различных следственных действий (осмотр, допрос и т. д.), проверки улик, «умственного наблюдения», опытных исследований. В качестве большой посылки служат научные, в том числе криминалистические, знания, житейский опыт, аналогия с подобными преступлениями[251].

Значительную роль в распространении разнообразных криминалистических знаний играли публикации в периодических изданиях того времени. Это, в первую очередь, журналы, издаваемые в разные годы НКВД («Рабоче-крестьянская милиция», «Административный вестник», «Бюллетень Центрального административного управления НКВД», «Бюллетень Оперод Управления милиции Москвы»), а также журналы «Еженедельник советской юстиции» («Советская юстиция») и «За социалистическую законность» («Социалистическая законность»).

Это были, в основном, небольшие статьи о технико-криминалистических и тактико-криминалистических приемах, средствах и методах, а также публикации, посвященные общим вопросам организации раскрытия и расследования преступлений[252]. Публикуются в эти годы и статьи по отдельным вопросам расследования определенных категорий преступлений[253].

В статьях, посвященных вопросам раскрытия и расследования отдельных групп и видов преступлений, преимущественно описывались способы совершения этих преступлений, излагались особенности проведения отдельных следственных действий, освещались вопросы розыска преступника, а также профилактики рассматриваемых преступлений.

В этой связи определенный интерес в рамках нашего исследования представляет опубликованная в апрельском (1926 г.) номере «Административного вестника» статья «Конокрадство». Со времени публикации ранее упоминавшейся нами статьи с практически одноименным названием в «Вестнике полиции» минуло пятнадцать лет.

Тем не менее, несмотря даже на смену общественно-политического строя в стране, по сути ничего в деле борьбы (в том числе при помощи криминалистических средств и методов) с этими преступлениями не изменилось. По-прежнему, но уже другим автором, И. Н. Якимовым, конокрадство описывается как большое бытовое зло, даются советы по профилактике этих преступлений (регистрация конокрадов, немедленное оповещение о случившемся преступлении, проверки притонов, цыганских таборов и т. п.), приводятся рекомендации по тактике проведения отдельных следственных действий (осмотра места происшествия, допроса), по применению собаки-ищейки, описываются способы изменения внешнего вида лошадей[254].

Творчество И. Н. Якимова составляет отдельную яркую страницу в истории отечественной криминалистики. В нашей работе мы коснемся лишь некоторых его аспектов.

Первая фундаментальная работа И. Н. Якимова «Практическое руководство к расследованию преступлений» (М., 1924) состоит из трех частей: «Уголовная техника», «Уголовная тактика» и «Применение научных методов уголовной техники и тактики к расследованию преступлений». (Фактически это деление существует и в современной криминалистике!)

В первых двух частях книги преимущественно затрагиваются вопросы технико– и тактико-криминалистического обеспечения раскрытия и расследования преступлений, а также некоторые другие вопросы.

Третья часть книги подразделяется на два отдела: «Общий метод расследования преступлений по косвенным доказательствам (уликам)» и «Применение общего метода к расследованию отдельных преступлений».

В первом отделе излагается суть общего метода расследования, состоящего, по мнению автора, из трех периодов: 1) «установление вещественного состава преступления», 2) «собирание и использование улик», 3) «обследование предполагаемого виновника преступления».

Описывая сущность первого периода, И. Н. Якимов указывает, что каждый раз при установлении существования факта преступления должны быть точно разрешены два вопроса: 1) совершилось ли событие, существует ли в действительности самый факт; и 2) если событие совершилось, то было ли это преступление, или только естественное происшествие. Событие преступления, по мнению автора, устанавливается, главным образом, путем осмотра либо, если уничтожен вещественный состав (например, труп брошен в воду) или преступление не имеет вещественного состава (например, мошенничество), путем допроса. Полученные при помощи осмотра и допроса данные еще не обладают безусловной достоверностью, но, во всяком случае, они позволяют с большей или меньшей вероятностью воссоздать картину совершенного преступления. Этим заканчивается первый период раскрытия преступления, идущий под знаком уголовной техники.

Далее все собранные во время первого периода данные: 1) классифицируются, разрабатываются и пополняются для выделения из них тех, которые дают указания на совершителя преступления, т. е. носят характер улик; 2) изучаются и поверяются; 3) им делается оценка, подводится итог. Все эти действия, вместе взятые, составляют второй период раскрытия преступления.

Улики, по мнению автора, можно отнести к двум группам: вещественные (материальные) и психологические.

В результате тщательного собирания и изучения этих улик, каждой в отдельности и всех в совокупности, создается предположение о виновнике или виновниках, когда их несколько, совершенного преступления, главным образом на основании изучения связи между уликами и сходства (аналогии) данного преступления с другими однородными преступлениями. Если по уликам нельзя заключить, что преступление совершило определенное лицо, а можно только предположить, что его совершило лицо, принадлежащее к какой-то определенной категории преступников, или, вернее, могли его совершить несколько конкретных лиц, относящихся к этой категории, то приходится прибегать к так называемому «методу исключения».

В применении к выявлению личности виновника преступления, «метод исключения» заключается в том, что все улики просматриваются последовательно в отношении каждого из заподозренных лиц, с учетом тех из них, которые говорят «за» и «против». В результате такого сличения и оценки улик выясняется, например, что более всего улик имеется против определенного лица и менее против других заподозренных лиц. Те, таким образом, с известной вероятностью исключаются из числа возможных виновников преступления, и обвинение предъявляется тому, в отношении которого улик более всего. Для того чтобы избежать ошибки при оценке и отнесении улик к определенному лицу, рекомендуется руководствоваться следующими правилами: 1) отметать предубеждения и предвзятость о виновности заподозренного; 2) рассматривать улики по группам, что позволяет основательно рассматривать каждую улику в отдельности; 3) начинать с рассмотрения простейших фактов, постепенно доходя до сложного; 4) сделать фактам исчерпывающий обзор и подвести итог, чтобы удостовериться, что ничто не пропущено, не просмотрено, не забыто.

Этим заканчивается второй период раскрытия преступления.

Раскрывая сущность третьего периода, И. Н. Якимов пишет, что средствами «обследования предполагаемого виновника преступления» служат: 1) установление его тождества (способы регистрации и идентификации); 2) специальное за ним наблюдение, соединенное с изучением образа его жизни, знакомств, связей и т. д.; 3) обыски; 4) допрос заподозренного и очные ставки с его участием. Третий период заканчивается предъявлением формального обвинения.

В производстве указанных действий и их логической последовательности и заключается общий метод раскрытия всякого преступления И. Н. Якимова.

И, как дальше пишет автор, в ходе раскрытия преступления по этому методу находят себе применение все способы, разработанные уголовной техникой и тактикой[255].

Таким образом, несмотря на то, что впоследствии И. Н. Якимов подвергнет критике общие методы расследования Вейнгарта, Ницефоро и Анушата[256], его общий метод, тем не менее, по сути своей мало чем отличается от вышерассмотренных методов перечисленных западноевропейских криминалистов. Единообразная жесткая схема расследования, предложенная автором, не могла вместить в себя всего богатства и многообразия следственной и розыскной практики. Но это был первый в отечественной криминалистической литературе опыт создания подобных методов расследования[257]. Несомненной заслугой И. Н. Якимова здесь является его взгляд на расследование как на логический процесс, состоящий из определенных, сменяющих друг друга этапов, содержание которых определяет система взаимообусловленных следственных и иных действий следователя.

Во втором отделе третьей части книги И. Н. Якимова приводятся систематизированные применительно к схеме общего метода расследования отдельные, краткие методические рекомендации по расследованию преступлений против личности (лишение жизни, нанесение телесных повреждений), имущественных преступлений (кража, грабеж и разбой (бандитизм), поджог), преступлений против общества (подделка денег, подлог).

Полноценными криминалистическими методиками совокупности этих рекомендаций еще назвать нельзя. Они представляют собой довольно отрывочные сведения преимущественно об особенностях следственного осмотра при расследовании данных преступлений и некоторых способах их совершения.

В 1925 г. вышел в свет другой труд И. Н. Якимова под названием «Криминалистика. Руководство по уголовной технике и тактике», представляющий собой переработанное издание «Практического руководства…»

Во Введении автор писал: «…настоящий труд разделяется на три части: 1) уголовную технику, 2) уголовную тактику и 3) методологию, излагающую применение научных методов техники и тактики к расследованию отдельных видов преступлений»[258].

Автором были внесены определенные изменения в структуру первых двух частей книги.

Третья часть получила название «Методология».

В ней снова излагалась суть общего метода расследования преступлений, формально дополненного четвертым этапом – «предъявление обвинения заподозренному», а во втором отделе опять приводились систематизированные (и то не всегда) применительно к схеме общего метода расследования отдельные краткие методические рекомендации.

В 1929 г. вышла следующая работа И. Н. Якимова под названием «Криминалистика. Уголовная тактика», которая должна была составить второй том задуманного автором научного труда по криминалистике. Фактически данная работа представляла собой второе, переработанное и дополненное, издание работы 1925 г. в части, относящейся к уголовной тактике.

Уголовную тактику он разделил на две части (Общую и Особенную).

Особенная часть книги, в свою очередь, состояла из двух отделов: I. «Научное следствие» (Научный метод расследования преступлений) и II. «Расследование отдельных преступлений».

Первый отдел начинался историческим очерком, посвященным преимущественно критическому разбору общих методов расследования преступлений, предложенных Вейнгартом, Ницефоро и Анушатом.

Глава вторая отдела I была полностью посвящена изложению авторского общего метода расследования преступлений с некоторыми непринципиальными дополнениями, несколько конкретизирующими ранее высказанные положения[259].

В отделе II Особенной части снова были приведены отдельные краткие методические рекомендации, причем количество видов преступлений, по расследованию которых эти рекомендации давались, немного увеличилось.

Книги И. Н. Якимова сыграли важную роль в становлении отечественной криминалистики, в распространении криминалистических знаний среди работников розыскных, следственных и экспертных подразделений. Вплоть до 1935 г. эти пособия по существу играли роль учебников по криминалистике, пользуясь большой популярностью и, несмотря на некоторые недостатки, являлись проводниками научных методов расследования преступлений, первыми опытами обобщения формирующейся практики борьбы с преступностью. Это была первая попытка теоретически обобщить и передать небогатый еще опыт научного расследования уголовных дел в нашей стране[260].

В работах И. Н. Якимова (и его зарубежных предшественников) уже значительное внимание уделяется знанию следователем таких обстоятельств, как способы совершения преступлений, личность преступника, косвенные улики и т. п.

Говоря о его творчестве, необходимо особо подчеркнуть, что именно с его работ начинается собственно история развития криминалистической методики как заключительного раздела науки криминалистики.

В 1920-е гг. появляются первые крупные работы В. И. Громова, внесшего значительный вклад в развитие теории расследования преступлений.

Первой такой работой стала его книга «Дознание и предварительное следствие. Теория и техника расследования преступлений» (М., 1925). Эта необычайно популярная в свое время работа выдержала, в том числе под разными названиями, шесть (!) изданий (в 1925, 1926, 1928, 1930, 1931, 1935 гг.).

Книга состоит из двух частей.

В первой части речь идет об общей компетенции органов расследования, общих условиях и основных задачах их деятельности, методах работы органов дознания и предварительного следствия.

Во второй части автором приводятся сведения об отдельных следственных действиях и технике их выполнения, освещаются вопросы организации следственной работы, описывается научная техника уголовных расследований и кратко излагаются особенности производства расследования некоторых видов преступлений.

Расследование, по мнению В. И. Громова, представляет собой «творческий трех-акт», состоящий из трех компонентов: 1) объективного установления обстоятельств происшедшего события (путем осмотра, освидетельствования, допроса свидетелей), фиксируемого в актах без всякой примеси личного впечатления лица, производящего расследование; 2) одновременно проходящего другого творческого процесса: оценки выясненных и установленных объективных данных; 3) обобщения добытых лицом, производящим расследование, данных и в изложении их в хронологической (временной) последовательности и их логической естественной связи и фиксировании из них определенных выводов[261].

Значительное место в работе уделено вопросам планирования расследования преступлений и способам построения умозаключений при работе с доказательствами с учетом законов логики (индуктивные и дедуктивные методы суждений, правила построения гипотез), отмечается необходимость тайны расследования.

Таким образом, к концу 1920-х гг. благодаря работам первых советских криминалистов, опиравшихся на труды русских и западноевропейских ученых, были созданы все необходимые предпосылки для появления крупных полноценных работ, полностью посвященных вопросам методики расследования отдельных категорий преступлений.

Это был этап упрочения методико-криминалистических рекомендаций в связи с возникновением криминалистической методики как заключительного раздела криминалистики.

Так к концу 1920-х гг. заканчивается первая крупная стадия развития криминалистических методик – стадия формирования первых комплексов методических рекомендаций по расследованию отдельных категорий преступлений.

На этой стадии, состоявшей из трех этапов, был пройден путь от первых, несложных методико-криминалистических рекомендаций по отдельным вопросам организации расследования некоторых видов преступлений до появления первых сочинений по теории организации расследования преступной деятельности и первых небольших отечественных работ (в виде отдельных глав книг или журнальных статей), полностью посвященных вопросам криминалистического обеспечения расследования отдельных категорий преступлений.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.