5.2. Итоги постсоветского законотворчества

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

5.2. Итоги постсоветского законотворчества

Если с позиций, представленных в разделе 5.1, анализировать сложившееся в результате 20-летнего законотворчества законодательства РФ, то прежде всего, выясняется: поисковики интернета не дают ссылок на официальные сайты органов государственной власти по запросам типа «общее количество законов в России». Из изложенного в разделе 5.1 понятно, что ответ на этот вопрос носит принципиальный характер в аспекте обеспечения работоспособности законодательства.

Ответы частных лиц на этот вопрос, которые можно найти на сайте «Гарант. Информационно-правовой портал»[291], разнятся:

•  На апрель (2008 г.) — 3258. «Открываете гарант/консультант, в "виде дока" — закон, "построить список"».

•  «У меня федерального всего-всего в базе на данный момент 204622. — За всю жизнь не прочитаешь».

•  «У меня К+[292] выдал цифру 3303. Убрал не действующие, получилось 2785 ?».

•  «ФЗ[293] + ФКЗ[294] — 2990 по данным К+. То же самое — 2956 по данным ГАРАНТА».

Число 204622 мы не будем рассматривать, поскольку о его происхождении автор записи ничего не сообщает. Гораздо более информативны первая и предпоследняя строки. Из них видно, что два наиболее употребительных в РФ справочно-юридических программных комплекса, базы данных которых поддерживаются в актуальном состоянии специально нанятыми профессионалами юристами и программистами, практически в одно и то же время выдают в качестве ответа на этот вопрос не одно и то же число, а диапазон от 2785 до 3258.

Разность этих крайних оценок общего количества законов федерального уровня составляет 473 учётных единицы. Если не впадать в законотворческое графоманство, то есть основания предположить, что управленчески состоятельный свод законов государства вполне можно уместить в эту разность, ныне представляющую собой «статистическую погрешность» оценок (сделанных юристами-профессионалами) общего количества законов федерального уровня в России.

После этого остаётся вспомнить юридический принцип «незнание закона не освобождает от ответственности по нему», памятуя о том, что речь идёт о невозможности узнать в темпе выработки управленческого решения о факте наличия 473 законов федерального уровня.

Хотя мы привели данные, относящиеся к апрелю 2008 г., но нет оснований полагать, что в 2014 г. положение дел стало качественно лучше, поскольку:

•  Госдума в период с мая 2008 г. по февраль 2014 г. деятельно занималась законотворчеством и успела произвести за это время ещё несколько сотен законов федерального уровня[295];

•  А среди депутатов статистически преобладают управленчески безграмотные, не говоря уж о наличии в их рядах своекорыстных миллионеров и миллиардеров, певцов, спортсменов, звёзд порнобизнеса и прочих субъектов, оказавшихся в Думе вследствие их всегдашней готовности к продажности, для которых обсуждаемая в этом разделе проблематика вообще интереса не представляет или превосходит возможности их интеллекта при достигнутом ими уровне личностного развития.

Ещё один порок законотворчества — неспособность законодателей в тексте законов выразить определённо понимаемым образом свои мысли. Это приводит к тому, что после вступления законов в действие, их применение оказывается невозможным без разъяснений, устраняющих неоднозначность понимания положений самого закона. Нам удалось найти в сети информацию о соотношении объёмов инструкций и разъяснений, касающихся применения Федерального закона «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» от 22.12.2008 № 262?ФЗ[296].

Чтобы информацию с представленного слева рисунка[297] можно было соотнести с жизнью, поясним: 20 000 знаков это — 7 страниц текста шрифтом 14 с полями 2,5 см со всех сторон. От самого начала настоящей работы до конца предыдущего предложения — несколько менее 260000 знаков, включая пробелы (без пробелов — несколько менее 225000 знаков). Т.е. 300000 знаков, включая пробелы, инструкций к одному единственному закону — это больше, чем Вы уже прочитали от самого начала настоящей работы.

И поскольку закон № 262?ФЗ порождён в определённой системе законотворчества, то есть основания полагать, что объём только официальных инструкций и разъяснений о применении законов превосходит объём текстов самих законов, как минимум в 4 раза (иначе говоря предполагается, что закон № 262?ФЗ в числе лидеров по соотношению «объём инструкций» / «объём текста самого закона»). Т.е. законодательство и инструкции по его применению — это реально неподъёмный для психики подавляющего большинства людей (включая и профессиональных юристов) объём текстов.

И особый вопрос: На основе каких конституционных положений и какие органы государственной власти фабрикуют эти инструкции и разъяснения, КОТОРЫЕ РЕАЛЬНО ОБЛАДАЮТ БОЛЬШЕЙ ЮРИДИЧЕСКОЙ СИЛОЙ, НЕЖЕЛИ КОНСТИТУЦИЯ И САМИ ЗАКОНЫ?

«Эта проблема не является новой для России. Как тут не вспомнить Циркуляр Народного Комиссариата юстиции РСФСР от 11 октября 1923 г. № 212 с очень красноречивым названием «О проведении в жизнь законов вне зависимости от издания к ним инструкций». В нём указано:

“…за последнее время наблюдается на практике следующее явление. Как только издается какой-либо законодательный акт, имеющий отношение к деятельности судебных органов, от последних почти всегда начинают поступать в НКЮ запросы о высылке инструкций по проведению в жизнь этого законодательного акта, когда не только сам этот законодательный акт не возлагает на НКЮ обязанности издать таковую инструкцию, но когда, вообще, в издании ее нет никакой надобности.”

Полный текст Циркуляра доступен в прикреплённом файле “Circular 212.doc”[298]. Этот Циркуляр не отменялся и формально действует до сих пор»[299].

Потребность в такого рода инструкциях возникает по двум главным причинам:

•  тексты законов — вследствие неспособности законодателей по слабоумию и злонравию мыслить и выражать свои мысли однозначно понимаемым образом — не могут быть однозначно соотнесены с жизнью интеллектуально нормальными людьми;

•  среди юристов-профессионалов, в компетенции которых применение законов, избыточно много слабоумных и бессовестных людей, которые либо не в состоянии соотнести тексты законов с жизнью (слабоумные), либо не желают нести ответственность за это (бессовестные), вследствие чего и требуют инструкций, которые позволяют им уйти от ответственности и не вникать в суть дел, с которыми они сталкиваются в ходе осуществления правоприменительной практики.

В жизни эти причины могут переплетаться весьма причудливо и всегда вредоносно.

Кроме того, правоприменительная практика — это генерация документов, предусмотренных законодательством, и документооборот. И то, и другое не может осуществляться мгновенно, а сроки, в течение которых юридическая система РФ в состоянии генерировать и доводить до получателя предусмотренные законодательством документы, таковы, что если искоренить правовой нигилизм — множество видов деятельности станут неосуществимыми, а государственность рухнет. Приведём только один пример.

Депутаты решили, что люди, имеющие судимость, не должны преподавать в школах и вузах[300]. Отсутствие судимости каждый преподаватель и претендент на преподавательскую должность обязан удостоверить соответствующей справкой. Реальные сроки получения такого рода справки после заказа её в подразделении полиции по месту регистрации составляют от трёх месяцев до бесконечности: по крайней мере, такова реальность в период введения этого положения в действие[301]. Соответственно, если следовать букве закона и отстранить от преподавания всех, кому юридическая система физически не успела к 1 сентября 2014 г. оформить соответствующие справки, — то система образования в России рухнет. И это — далеко не единственный пример такого рода, когда законодатели принимают законы, не задумываясь о том, как реально их требования будут соблюдаться в жизни. Более похоже на то, что несоотносимость положений законодательства с реальностью жизни — это норма в постсоветском российском законотворчестве.

Но кроме федерального центра в состав Российской Федерации входят 83 субъекта (после вступления Крыма — 84), каждый из которых тоже занимается законотворчеством на подвластной ему территории. Поэтому, если задаться вопросами:

•  сколько всего в России законов с учётом, принятых субъектами РФ?

•  как обеспечивается соответствие законов регионального уровня законам федерального уровня?

•  как обеспечивается согласованность законов, разработанных разными субъектами РФ, в деятельности физических и юридических лиц, органов государственной власти, если эта деятельность по своему характеру такова, что протекает на территории нескольких регионов, каждый из которых обладает своей спецификой?

Ответы на эти вопросы вряд ли возможно получить в разумные сроки, и это означает, что объём текстов законодательства постсоветской РФ давно уже превысил те пределы, при которых им можно пользоваться в качестве средства общественно полезного бесструктурного управления.

В частности общее количество нормативных актов, принятых законодательным собранием Свердловской области в 1994 — 2008 гг., «составило около 6500, из них 4000[302] (почти 60 %) являются первичными нормативными актами, из которых на 31 декабря 2008 г. сохраняют свою силу около 1500, что составляет почти 25 % от всех нормативно-правовых актов Свердловской области, принятых в 1994 — 2008 гг.»[303].

«Общее количество законов Свердловской области, принятых в 1994–2008 гг., составило 1379 из них 577 (41,84 %) являются первичными, из которых в свою очередь только 265 (19,22 %) законов относятся к бессрочным законам. Именно эти первичные бессрочные законы образуют основной стабильный массив законодательства Свердловской области, который прежде всего и отражает количественные характеристики законов Свердловской области»[304].

При этом необходимо ещё раз указать на то обстоятельство, что в разных субъектах по одним и тем же вопросам могут устанавливаться несовместимые друг с другом законодательные нормы, что автоматически должно порождать трудности во взаимодействии друг с другом хозяйствующих субъектов, находящихся на территории каждого из них, а также при осуществлении разного рода проектов на территории нескольких регионов[305].

Кроме того, в действующее законодательство постоянно вносятся изменения, вследствие чего правоприменительная практика далеко не всегда успевает за изменениями законов. Особенно это касается долгосрочных экономических проектов, в которых бизнес-планы свёрстаны под одно законодательство, а реализация протекает под властью изменившегося законодательства, поскольку такое порождает потерю бизнесом устойчивости по предсказуемости, спровоцированную государственностью.

В условиях такого обилия законов федерального и регионального уровня, заведомо неизвестных и в их полноте и взаимосвязях, внесения в действующие законы изменений в темпе, опережающем быстродействие юридической системы и быстродействие систем управления в бизнесе, «российские чиновники зачастую безответственно и безграмотно выполняют свою работу — к такому выводу пришли эксперты, просмотревшие базу нормативных актов. Мониторинг документов, размещаемых сотрудниками государственных министерств и ведомств на портале regulation.gov.ru для публичной экспертизы, показал, что более 80 % из них публикуются с системными ошибками, пишет в четверг РБК daily со ссылкой на выводы исследователей Национального института системных исследований проблем предпринимательства (НИСИПП).

Бесспорным лидером в этом скорбном рейтинге стал Роспотребнадзор — ошибки выявлены в 97,7 % размещенной ведомством документации. Практически все отчеты идут как под копирку, меняется только название, а шаблон, изначально сделанный не по утвержденной форме, остается неизменным, нет части обязательных разделов, пришли к выводу в НИСИПП.

Второе место заняло Росалкогольрегулирование — 91,7 % ошибок. Чиновники этого ведомства размещают отчеты полузаполненными, а в заполненных разделах либо путаница, либо чрезмерно краткое изложение, из которого нельзя понять, какое именно регулирование ведомство предлагает.

На третьем месте — Минфин (86,2 %). В его отчетах часто неверно указана степень регулирующего воздействия, остается незаполненным подраздел о рисках решения проблемы предложенным способом. В некоторых разделах чиновники пишут "не требуется" без объяснения причин, хотя все разделы сводного отчета обязательны для заполнения".

Минтранс (84,8 %) грешит противоречивой информацией в отчетах. Высокий показатель и у Минэкономразвития, которое курирует проект regulation.gov.ru, — 71,4 % ошибок. В самом ведомстве заявляют, что о большинстве замечаний им известно, их исправлением чиновники займутся в будущем году»[306].

Причём следует обратить внимание, что в приведённой публикации речь идёт только об ошибках типа «графы не заполнены», «сведения противоречивы», но нигде не говорится о системных ошибках, порождаемых управленчески безграмотным законотворчеством, задающим неадекватные жизни и задачам общественного развития системы контрольно-отчётных показателей, в соответствии с которыми ведомства фабрикуют отчёты о своей деятельности. Как неадекватные контрольно-отчётные показатели порождают пытки, ставшие системным фактором, вопреки их законодательному запрету, — было показано в разделе 4. Но:

Неадекватность системы контрольно-отчётных показателей потребностям общественного развития имеет свои негативные последствия в деятельности всех без исключения органов государственной власти и субъектов бизнеса.

А низкое качество государственного управления выражается в неблагоустроенности жизни общества.

Чтобы повысить качество управления, департамент развития госслужбы Министерства труда и соцзащиты подготовил законопроект, согласно которому «соискатели на чиновничью должность будут сдавать обязательные тесты. Кроме того, чтобы стать госслужащим, теперь недостаточно иметь просто высшее образование — все федеральные ведомства обяжут заниматься активным поиском специалистов и затем оценивать их деятельность по системе KPI (ключевые показатели эффективности), а данные этих показателей чиновников приравняют к эффективности работы ведомства. (…)

Предлагается дифференцировать квалификационные требования к госслужащим путем введения трех уровней (требований. — «Известия»): базовый, функциональный и специальный.

В базовые квалификационные требования входят навыки и знания, необходимые каждому госслужащему: это знание русского языка, Конституции, а также закона о госслужбе и антикоррупционного законодательства. Кроме того, будут проверяться знания в сфере информационных технологий — уровень владения компьютером. При поступлении на госслужбу пройти тесты базового уровня должен будет каждый.  

— Значит, простой смертный опять не сможет попасть на госслужбу. Тесты наверняка без спецподготовки не сдашь?

— У нас нет задачи сделать базовый тест очень сложным, чтобы никто не мог его сдать. Любой человек, при наличии высшего образования, несколько раз прочитав нужные законы и Конституцию, сможет его пройти.

Главная задача теста — на первоначальном этапе отсеять тех, кто, приходя устраиваться на службу, не знает, например, чем занимается министерство.

— Где такое тестирование можно пройти?

— Пока тестирование соискателей проводится при кадровой службе госоргана, а в последствии мы предполагаем, что это будут делать специальные оценочные центры.

Результаты успешно сданного теста будут действительны в течение года, и при желании и наличии вакансий гражданин сможет претендовать на должность госслужащего в любом госучреждении. При устройстве на работу человек, сдавший такой тест, не будет тратить время, отвечая на элементарные вопросы, а покажет свои профессиональные знания, необходимые для конкретной должности.

— Сколько вопросов будет в таком тесте?

— В ходе пилотного проекта, который проводился в 2013 году совместно с Российской академией народного хозяйства и госслужбы при Президенте РФ, мы разработали тест из 600 вопросов, который в ближайшее время будет размещен на Федеральном портале государственной службы и управленческих кадров. Мы будем расширять базу тестов, и в перспективе будет создан механизм, который сможет учитывать результаты прохождения теста, которые будут действительны в течение года. Если кандидат за это время на госслужбу не поступит, тест придется сдавать снова, только это будет уже другой тест, содержащий более актуальные вопросы.

— Если я прошла такой тест, что дальше? Я уже госчиновник?

— Кроме базовых знаний нужно еще иметь соответствующий опыт работы и профильное образование. Поправки в законопроект как раз коснутся функционала госслужащих.

К сожалению, пока система не учитывает, какой опыт человек уже получил и подходит ли он для нынешней работы. Чтобы исправить ситуацию, как раз и вводятся уточнения в закон. Яркий пример: человек служил в армии и занимался артиллерийскими установками, а устраивается в финансовое управление. По формальным признакам его стаж военной службы будет зачтен в стаж гражданской службы, что даст ему возможность трудоустройства наравне с профильными специалистами[307].

— То есть сейчас законодательно этот вопрос не урегулирован?

— В нынешней 12-й статье ФЗ «О системе государственной службы РФ» законодательно не определяется требование к профилю образования, это есть только в 47-й статье, которая касается должностного регламента и где указано, что квалификационные требования могут предъявляться не только к уровню, но и к профилю образования (направлению подготовки, специальности). Однако зачастую госорганы не пользуются этой нормой, ограничиваясь только требованием к наличию любого высшего образования.

— Что же включают в себя специальные требования?

— Специальные требования  к чиновникам, прописываемые в поправках к закону о госслужбе, включают в себя все предыдущие составляющие: базовый уровень навыков, функциональные требования, набор специальных знаний по профессии, а также профессиональные качества. Для этого в Минтруда была разработана библиотека профессиональных и личных качеств. В нее входят такие качества, как ориентация на достижение результата, межличностное понимание ситуации и т.д. Каждый госслужащий должен обладать навыками этичного общения с гражданами и представителями организаций, уметь разрешать конфликтные ситуации, быть объективным и самоорганизованным.

В ближайшей перспективе в министерстве появится справочник, который обобщит деятельность всех госорганов и в нем будут расписаны требования как к профилю образования, так и знаниям служащих. Он объединит в себе все направления деятельности по госорганам, а внутри направлений будут прописаны требования к специалистам»[308].

Авторы этого проекта повернули страну на тот путь, который до конца уже прошла планета «индиотов», описанная С.Лемом ещё в 1953 г.

Следует ожидать, что в результате этого нововведения качество работы госаппарата упадёт ещё ниже, поскольку решение проблем общества требует не знания конституции (которая сама проблема) и ответов на тесты в духе мнений, правильных с точки зрения Высшей школы экономики и т.п. лженаучных организаций, а добросовестности и свободомыслия, выходящих за пределы мэйнстрима общечиновничьей тупой безынициативной исполнительности.

Так или иначе описанная в разделе 5.2 проблематика осознаётся и некоторыми представителями законодательной власти:

«Общее количество законов, принятых за 18 лет работы Государственной Думы, с принятия ФЗ-1 (с 10.04.1994 до 10.04.2012) — 4551, из них «О внесении изменений…» — 2755, или 60,5 %. К настоящему моменту утратило силу 417 федеральных законов, из них «О внесении изменений…» — 302. На 10.04.2012 действовало 4117 федеральных закона (с учетом законов, не вступивших в силу). За 18 лет работы Государственной Думы (с 10.04.1994 до 10.04.2012) принято 1796 «базовых», системообразующих законов (не «О внесении изменений…»), из них 115 утратило силу; в итоге, на 10.04.2012 федеральный нормативный корпус состоит из 1681 закона.

Таким образом, житель Нижегородской области находится в правовом поле действия 1,7 тысяч федеральных законов, 0,6 тысяч законов Нижегородской области, а также 0,5-1,2 тысячи муниципальных нормативных правовых актов[309].

Суммарно, социально-экономические (хозяйственные, административные и др.) аспекты жизни и поведения гражданина, проживающего на определенной территории, регулируются до 3,5 тыс. нормативных правовых актов федерального, регионального и муниципального уровня, практически в каждый из которых раз в несколько лет вносятся изменения (и каждый из которых примерно через 2 десятилетия с момента принятия устаревает в большей части своих норм). (…)

Исходя из анализа приведенных количественных показателей нормотворческой деятельности на всех уровнях власти, следует отметить:

1. Количество принимаемых нормативных правовых актов формируют необычайно сложную и постоянно изменяющуюся правовую среду и для профессионалов — юристов и для населения, как в регионах, так и в стране в целом.

2. Высокая доля (более 50 %) принимаемых законов «о внесении изменений в законы» указывает на недостаточно высокое качество законодательства, с одной стороны, а с другой, создает дополнительные сложности в повышении правовых знаний и правовой культуры населения, что не способствует процессу формирования гражданского общества.

3. Большая разница (до 3-х раз) в количественных показателях законотворчества в субъектах не может указывать на наличие или отсутствие пробелов в регулировании. Вполне уместно предположить, что там, где меньше действующих законов, они, возможно, лучшего качества.

4. Уровень информационного взаимодействия законодательной власти и общества пока не адекватен количественным показателям правотворческого процесса[310].

Для решения указанных проблем, на наш взгляд, необходимо, повышение качества нормотворчества, с одной стороны, и реализация государственных программ повышения правовых знаний населения (некоего правового ликбеза) — с другой.

Завершая выступление, хочу процитировать Вольтера: “Многочисленность законов в государстве есть то же самое, что большое количество лекарей — признак болезней и бессилия”»[311].

Ещё одни системный порок действующего законодательства состоит в том, что и в аспекте предусмотренных составов преступлений, и в аспекте процессуальном оно ориентировано на противодействие преступникам-индивидуалам, и полностью непригодно к подавлению организованной преступности, тем более, если организованная преступность проникает в органы государственной власти и, в особенности, — в са?ми правоохранительные органы.

Короче говоря, в результате более, чем 20-летнего законотворчества спортсмены, певцы, юристы, порнозвёзды, миллионеры и миллиардеры, родственники и знакомые высокопоставленных должностных лиц и богатеев, а также прочие демагоги — породили не просто неработоспособную юридическую систему, а противоестественную[312] юридическую систему. И этот законотворческий маразм вопреки мнению И.И.Шувалова, В.Е.Деньгина и других, если соотноситься с интересами развития общества и критерием «стоимость / эффективность», явно не стоит тех народных денег[313], которые уже заплачены и потребуются в будущем для того, чтобы содержать депутатский корпус, сенаторов и аппарат Федерального собрания РФ и юридическую систему, действующую на основе столь маразменного законодательства.

И соответственно потребности общественного развития и гармонизации внутрисоциальных взаимоотношений и взаимоотношений цивилизации и Природы, обязывают принять к руководству слова из широко известного анекдота советских времён про сантехника: «да здесь всю систему надо менять…»