Определение восьмое

Определение восьмое

Собственное признание должно быть подтверждено обстоятельствами дела, как всякое вообще доказательство в деле.

Основания

Собственное признание есть доказательство и ничего больше, а потому оно должно быть доказано, как всякое обстоятельство в уголовном деле. Само по себе взятое, голое собственное признание не есть ни плюс ни минус: оно дает лишь толчок следствию, направляя его на путь, идя по которому можно найти данные для опровержения или подтверждения данного признания. Пожалуй, на него можно смотреть как на гипотезу, которая, конечно, должна быть вполне доказана. Гросс справедливо заметил в одной своей статье: "В важных случаях данное собственное признание не должно как бы существовать для следователя, который должен производить следствие, как если бы обвиняемый совсем отвергал обвинение".

История собственного признания в высокой степени любопытна как пример постепенно расширяющегося опыта человечества, во-первых, в деле изыскания истины в делах людей и, во-вторых, в понимании того великого разнообразия, какое представляют мотивы человеческого поведения.

В первом отношении человечеством выработана мысль, что стремление к получению сознания, характеризующее следственный процесс, имевший в виду высшую достоверность, не достигало своей цели. В следственном процессе получалась реже истина, чем в процессе, вовсе игнорирующем показания подсудимого, как малоудовлетворительный источник достоверности. Во втором отношении получен большой исторический опыт, показывающий, что по разным мотивам нередко в судах даются ложные собственные признания. К этим мотивам относятся: религиозные, политические и социальные основания, самопожертвование из-за любви к ближним, к родным, к идее. Сюда же можно отнести и неэтические мотивы: месть, корыстные побуждения и т. д. Здесь пред нами открывается обширная область для психологической оценки мотивов преступления. Такая оценка является необходимой не только для суждения о степени виновности что нас здесь не занимает, но для определения силы доказательства. Здесь больше, чем где бы то ни было, нужно беспристрастное, объективное отношение к делу. Но что еще главнее, здесь нужно отсутствие предвзятого мнения, составляющего богатейший источник ошибок судебных и несудебных. Ревнивое око судьи везде видит зло, преступление. Но это еще полбеды: гораздо менее ошибешься, предполагая дурное, чем хорошее. Но самая главная беда от предвзятости мнения состоит в том, что все, обвиняющее подсудимого, кажется предубежденному судье вероятным, все же, оправдывающее невероятным. В этом отношении предубежденный судья напоминает ревнивца. Ревнивец даже не нуждается в поводах, "он ревнует, потому что он ревнив". По удивительному выражению Шекспира, ревность чудовище, само себя зачавшее и само себя родившее ("begot upon itsellf, born on it self", Othello).