с. Государственная служба

105. Свобода выражения мнения государственных служащих. «Право быть принятым на государственную службу, как таковое, Конвенцией не признается, но из этого не следует, что в других отношениях государственные служащие, включая принятых на испытательный срок, остаются вне сферы Конвенции и особенно защиты, предоставляемой статьей 10». (Leander, 71).

106. Свобода выражения мнения и лояльность государственных служащих. «Демократическое Государство вправе требовать от государственных служащих лояльности в отношении конституционных принципов, на которых оно основывается». (Vogt, 59).

107. Свобода выражения и долг сдержанности государственных служащих. «Эти принципы применяются и к государственным служащим, хотя Государство вправе, в силу их особого статуса, обязывать их к сдержанности. На государственных служащих, как и на других граждан, распространяется защита, предоставляемая статьей 10 Конвенции. Поэтому на Суд, с учетом обстоятельств каждого дела, возлагается задача установить, был ли найден должный баланс между основополагающим правом каждого индивида на свободу слова и законным интересом демократического Государства сделать так, чтобы его государственная служба действовала с учетом требований статьи 10 п. 2. При рассмотрении данного дела Суд намерен, в порядке контроля, принять во внимание то обстоятельство, что, когда предметом разбирательства становится право на свободу слова государственных служащих, "обязанности и ответственность", о которых говорится в п. 2 статьи 10, приобретают особое значение, что оправдывает предоставленную национальным властям некоторую свободу усмотрения в оценке того, насколько соразмерно оспариваемое вмешательство указанной выше цели». (Vogt, 53).

108. Свобода выражения мнения, государственные служащие. «С того момента, как предметом разбирательства становится право на свободу слова государственных служащих, "обязанности и ответственность», о которых говорится в п. 2 статьи 10, приобретают особое значение, что оправдывает предоставление властям Государства–ответчика некоторой свободы усмотрения в оценке того, насколько соразмерно оспариваемое вмешательство указанной выше цели". (Ahmed et al, 61).

109. Свобода выражения мнения. Основные принципы, вытекающие из судебной практики, относящиеся к статье 10 и применяющиеся также к членам государственной службы. «Эти принципы применяются и к государственным служащим, хотя Государство вправе, в силу их особого статуса, обязывать их к сдержанности. На государственных служащих, как и на других граждан, распространяется защита, предоставляемая статьей 10 Конвенции. Поэтому на Суд, с учетом обстоятельств каждого дела, возлагается задача установить, был ли найден должный баланс между основополагающим правом каждого индивида на свободу слова и законным интересом демократического Государства сделать так, чтобы его государственная служба действовала с учетом требований статьи 10 п. 2. При рассмотрении данного дела Суд намерен, в порядке контроля, принять во внимание то обстоятельство, что, когда предметом разбирательства становится право на свободу слова государственных служащих, "обязанности и ответственность", о которых говорится в п. 2 статьи 10, приобретают особое значение, что оправдывает предоставленную национальным властям некоторую свободу усмотрения в оценке того, насколько соразмерно оспариваемое вмешательство указанной цели (запрет вступать в партию). Эти рассуждения применяются также к военным и полицейским». (Rekvenyi, 43).

110. Обязанности и ответственность преподавателей. «Поскольку учителя — авторитет для своих учеников, их особый долг и ответственность распространяются до определенной степени и на их деятельность за пределами школы». (Vogt, 60).

111. Свобода выражения мнения в армии. Статья 10 «применяется к военнослужащим в той же степени, как и к другим лицам в пределах юрисдикции Договаривающихся Государств (…), и не ограничивается определенными категориями сведений, идей или способов выражения». (Hadjianastassiou, 39).

112. Свобода выражения мнения и военная дисциплина. «Свобода выражать свое мнение, гарантированная статьей 10, относится к военнослужащим в той же степени, как и к другим лицам в пределах юрисдикции Договаривающихся Государств. Однако нормальное функционирование армии вряд ли можно себе представить без юридических норм, направленных на то, чтобы предотвратить подрыв военной дисциплины со стороны военнослужащих, например, путем письменных высказываний». (Engel et al, 100).

113. Свобода выражения мнения в армии. «Дело не обстоит иначе, когда пользователями этого права являются военнослужащие, так как статья 10 относится к ним в той же степени, как и к другим лицам в пределах юрисдикции Договаривающихся Государств. Однако нормальное функционирование армии вряд ли можно себе представить без юридических норм, направленных на то, чтобы предотвратить подрыв военной дисциплины со стороны военнослужащих, например, путем письменных высказываний». (Vereinigung Demokratischer Soldaten Osterreichs et Gubi, 36).

114. Право сообщать информацию и военная дисциплина, «Армия в демократическом Государстве, так же как и общество, которому она служит, не должна тратить время» на простое обсуждение идей. (Vereinigung Demokratischer Soldaten Osterreichs et Gubi, 38).

115. Свобода выражения мнения и долг сдержанности военнослужащего. «Разглашение государственного интереса в оружии и разглашение соответствующих технических знаний, которые могут указать на уровень развития производства, являются по своей природе причиняющими значительный вред национальной безопасности». (Hadjianastassiou, 45).

116. Свобода выражения мнения. Законная цель вмешательства. Осуждение курсанта военного училища в запасе за оскорбление армии, вытекающее из содержания письма, направленного своему начальнику (командующему). «Суд не сомневается, что эффективная военная защита требует поддержания соответствующего уровня дисциплины внутри вооруженных сил, и считает, следовательно, что вмешательство преследовало в любом положении дела законную цель, на которую ссылается Правительство: защита национальной и общественной безопасности». (Grigoriades, 410.

117. Свобода выражения мнения. Соблюдение прав человека в армии. «Статья 10 не останавливается перед дверью казарм. Она относится к военнослужащим в той же степени, как и к другим лицам в пределах юрисдикции Договаривающихся Государств. Тем не менее, Суд об этом говорил ранее, Государство должно иметь возможность наложить ограничения на свободу выражения мнения там, где существует реальная угроза для военной дисциплины, так как эффективное функционирование армии не понимается больше без юридических норм, направленных на то, чтобы предотвратить подрыв военной дисциплины. Национальные власти не могут, тем не менее, основываться на таких нормах, чтобы препятствовать выражению мнений, хотя бы они были направлены против армии как института». (Grigoriades, 45).

118. Свобода выражения мнения. Осуждение курсанта военного училища в резерве за оскорбление армии, вытекающее из содержания письма, направленного его начальнику. «Конечно, письмо содержало определенные резкие высказывания на предмет вооруженных сил (…). Суд отмечает, тем не менее, что эти комментарии были сделаны в контексте общего и длительного выступления, критикующего военную жизнь и армию как институт. Письмо не было ни опубликовано заявителем, ни распространено им третьим лицам — не считая другого офицера, которому он дал копию — и никто не утверждал, что кто–либо другой знал о нем. Оно не содержало оскорблений в адрес того, кому оно предназначалось, или кого–либо другого. Учитывая эти обстоятельства, Суд считает незначительным объективное воздействие, которое оно могло оказать на военную дисциплину». (Grigoriades, 47).

119. Свобода выражения мнения. Применение правила об ограничениях, налагаемых на представителей местных административных учреждений в политической сфере. «Гарантии, содержащиеся в статье 10 Конвенции, относятся к заявителям, несмотря на их статус служащих, нанятых местными административными учреждениями». (Ahmed et al, 41).

120. Свобода выражения мнения. Применение правила об ограничениях, налагаемых на представителей местных административных учреждений в политической сфере. Обоснование ограничения. «Суд не соглашается с аргументом заявителей, в соответствии с которым сохранение истинно демократического характера политического режима должно указываться в качестве обоснования ограничений прав, гарантированных статьей 10, только при обстоятельствах, когда существует угроза стабильности конституционного или политического порядка. Ограничение этого понятия указанным контекстом означало бы игнорирование интересов, которым служат демократические институты, таких как необходимость принятия норм, чтобы гарантировать их надлежащее функционирование там, где окажется необходимым защищать указанные интересы». (Ahmed et al, 52).

121. Свобода выражения мнения. Применение правила об ограничениях, налагаемых на представителей местных административных учреждений в политической сфере. Обоснование ограничения. Законная цель: сохранять доверие в отношениях между избранными членами и постоянным корпусом местных служащих. «Это отношение доверия проистекает из права избранных членов местных административных учреждений рассчитывать, при осуществлении своих функций, на содействие политически нейтральных государственных служащих; оно должно доказывать лояльность по отношению ко всему совету, который их нанимает. Избиратели имеют право также ожидать от избранных, за которых они голосовали, что они будут осуществлять свой мандат с соблюдением обязательств, принятых ими во время избирательной компании, и что преследование целей не ослабнет под действием политической оппозиции соответствующих избранных советников; следует также отметить, что граждане могут законно рассчитывать на то, что в случае их личного демарша перед местными административными службами, их будут консультировать политически нейтральные государственные служащие, совершенно равнодушные к политической борьбе». (Ahmed et al, 53).

122. Свобода выражения мнения. Применение правила об ограничениях, налагаемых на представителей местных административных учреждений в политической сфере. Обоснование ограничения. «Нужно отметить в этом отношении, что организация местной демократии и устройство, позволяющее обеспечить ее функционирование, финансирование и режим ответственности местных административных учреждений, являются вопросами, которые варьируются в том или ином Государстве в зависимости национальных традиций. Это относится также, без сомнения, к тому, что является регулированием политической деятельности местных служащих, когда подобная деятельность представляет риск для эффективного функционирования местной демократии, особенно там, (…) где режим исторически основан на роли, которую взяли на себя постоянный корпус советников, администраторы и политически нейтральные арбитры, расположенные над политической схваткой и лояльные по отношению ко всему совету, который их нанял». (Ahmed et al, 62).

123. Свобода выражения мнения. Осуждение журналиста за оскорбление государственной власти. Пределы допустимой критики. Сравнение: государственные служащие и политики. «Конечно, эти пределы могут в некоторых случаях быть шире для государственных служащих при осуществлении их полномочий, чем для простого частного лица. Однако не следует говорить, что государственные служащие сознательно подвергают себя внимательному контролю за их действиями и высказываниями, как в случае с политиками, и что они должны быть поставлены в равное положение с последними, когда речь идет о критике их поведения.

Государственные служащие должны, чтобы выполнять свои обязанности, пользоваться доверием у общества без незаконного нарушения, и может оказаться необходимым защитить их от устных оскорбительных нападок, когда они находятся на службе». (Janowski, 33).

125. Свобода выражения мнения. Свобода политической дискуссии. Запрещение полицейским предаваться политической деятельности. «Суд указывает, что преследование деятельности политической природы относится к статье 10, в той мере, в какой свобода политической дискуссии составляет особый аспект свободы выражения мнения. В действительности, свобода политической дискуссии оказывается в центре самого понятия демократического общества. Кроме того, гарантии, содержащиеся в статье 10 Конвенции, применяются к военному персоналу и к государственным служащим». (Rekvenyi, 26).

126. Свобода выражения мнения. Запрещение полицейским предаваться политической деятельности. Особое значение этого запрещения для стран, признавших тоталитарный режим. «Обязанность, возложенная на определенные категории государственных служащих, в частности, на полицейских, воздержаться от политической деятельности с целью деполитизировать службы, о которых идет речь, и поэтому способствовать консолидации и сохранению плюралистической демократии в стране. (…) Некоторые Договаривающиеся Государства ограничивают определенную политическую деятельность их полиции. Полицейские облечены принудительными полномочиями с целью регулировать поведение граждан, и им разрешается, в некоторых странах, носить оружие для выполнения своих обязанностей. Наконец, полицейские находятся на службе у Государства. Граждане могут законно рассчитывать на то, что в случае их личного демарша перед полицией, их будут консультировать политически нейтральные государственные служащие, совершенно равнодушные к политической борьбе. (…). По мнению Суда, желание следить за тем, чтобы решающая роль полиции в обществе не была скомпрометирована разрушением политического нейтралитета этих государственных служащих, сочетается с демократическими принципами». (Rekvenyi, 41).

127. Свобода выражения мнения. Положение членов полиции. «Учитывая роль полиции в обществе, Суд признал, что наличие политически нейтральной полиции составляет законную цель любого демократического общества. Учитывая особую историю некоторых Договаривающихся Государств, их национальные власти могут, чтобы обеспечить консолидацию и сохранение демократии, посчитать необходимым располагать в этих целях определенными конституционными гарантиями, которые ограничивают свободу полицейских осуществлять политическую деятельность, в частности, предаваться политической дискуссии». (Rekvenyi, 46).