§ 2. Цели наказания

§ 2. Цели наказания

Цели наказания в ч. 2 ст. 43 УК определены так: "Наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений". Как видим, закон называет три цели наказания:

1) восстановление социальной справедливости;

2) исправление осужденного;

3) предупреждение совершения новых преступлений.

Уголовно-исполнительный кодекс РФ говорит о двух целях исполнения наказания: исправление осужденных и предупреждение совершения новых преступлений как осужденными, так и иными лицами. УК Республики Казахстан точнее, нежели УК РФ, формулирует цели наказания. Он говорит о предупреждении совершения новых преступлений как осужденными, так и другими лицами. Аналогичной позиции придерживается Модельный УК для стран-участниц СНГ.

Проблемы целей наказания издавна обладали большой притягательной силой для исследователей различных отраслей знаний — теологов, философов, правоведов, социологов, психологов. По подсчетам Н.Д.Сергиевского, целям наказания посвящены 24 философских и более 100 юридических концепций.

Справедливо отмечалось в американской доктрине, что "наказание остается стоголовым существом со многими лицами и немногими постоянными именами"[18].

Исторически первые теологические теории о целях наказания базировались на постулатах Ветхого Завета (Второзаконие, XIX, 21): наказание — воздаяние за зло, устрашение по правилам талиона "око за око, зуб за зуб". Но уже в I в. н. э. Новый Завет провозгласил принцип "непротивления злу насилием".

Абсолютные теории целей наказания также усматривали в них воздаяние за содеянное, ибо преступление нарушает "абсолютную идею", "категорический императив" о справедливости (Гегель, Кант).

Пришедшие им на смену утилитарные теории видели в целях наказания общее и специальное предупреждение преступления. Первое удерживает неустойчивых граждан от совершения преступлений, второе — предупреждает рецидив со стороны осужденного. "Новая социальная защита" усматривает цели наказания в ресоциализации преступников, адаптации к условиям жизни общества по отбытии наказания[19].

Смешанные теории наказания соединяют идеи абсолютной и утилитарной теорий. Целями наказания они считают устрашение и возмездие (кару), общую и специальную превенцию, а также исправление[20].

Господствующие мировоззрения о целях наказания оказывали воздействие на системы наказаний. Между ними и законодательством существовало взаимодействие. Так, доктрины устрашения и возмездия как цели наказания последовательно воплощались в жестоком рабовладельческом и феодальном законодательстве. Безусловно, влияние оказывали и приоритетные правовые идеологии. В добуржуазных периодах — также религиозные вероучения.

Своеобразным рудиментом таких воззрений на цели наказания поныне остаются смертная казнь и пожизненное лишение свободы. В мусульманском праве — также членовредительные наказания: отсечение рук, ног, отрезание ушей и т.д. В английском праве телесные наказания были отменены сравнительно недавно.

Утилитарные теории, признающие целями наказания исправление преступника, общее и специальное предупреждение, способствовали либерализации систем наказания. Они дали уголовному законодательству такие гуманные институты, как условное осуждение, отсрочка исполнения приговора, условно-досрочное освобождение. Поэтому считать теории целей наказания только научной абстракцией без какого-либо практического значения не приходится.

Правомерен вопрос, почему так многообразно и подчас противоречиво доктринальное толкование целей наказания. Н.С.Таганцев, соглашаясь с немецким ученым Мелем, объяснял это тем, что наказание подобно двуликому Янусу. Одним лицом оно обращено к прошлому — к уже совершенному преступлению и его субъекту, другим — к будущему, к исправлению осужденного, дабы по отбытии наказания он не совершал более преступления. Действительно, сочетание в наказании ретроспективных и перспективных начал во многом объясняет различие подходов к целям наказания. Однако как бы ни были разнообразны многовековые теории о целях наказания, в конечном итоге они сводятся к целям возмездия (кары), исправления, общего и специального предупреждения.

В зарубежных УК специальные нормы о целях наказания, как правило, отсутствуют. О них можно судить по иногда имеющимся нормам о целях и задачах кодекса. Например, ч. 2 п. 1.05 "Общие цели" УК штата Нью-Йорк их определяет так: "Обеспечить публичную безопасность, предупреждая совершение посягательства посредством устрашающего воздействия назначаемых наказаний, социального восстановления личности осужденных, а также их изоляции, когда это требуется в интересах общества". В научной и учебной литературе о целях наказания пишется немало. В частности, в курсах американского права, в документах и материалах министерства юстиции и комиссий по реформе федерального УК и кодексов штатов называются четыре цели наказания: воздаяние (кара), устрашение, лишение возможности совершать преступление и исправление. Воздаяние выражает осуждение государством преступника без каких-либо утилитарных целей. Устрашение — это предупреждение неопределенного круга возможных правонарушителей (общее устрашение) и наказываемого преступника (индивидуальное устрашение). Лишение возможности совершать преступление представляет собой изоляцию осужденного навсегда или на срок, чтобы оградить лиц, находящихся на свободе, от преступных на них посягательств. Наконец, исправление толкуется весьма широко: и как полный отказ от преступлений, и как отказ от частой преступной деятельности, и как отказ от совершения более тяжких преступлений и т.п.[21]

1. Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г.

2. Уголовное уложение 1903 г. не содержат статей о понятии и целях наказания. Достоинством советского уголовного права явилось то, что уже первый УК РСФСР 1922 г. содержал отдельную статью о целях наказания. Статья гласила: "Наказание и другие меры социальной защиты применяются с целью: а) общего предупреждения новых преступлений как со стороны нарушителя, так и со стороны других неустойчивых элементов общества; б) приспособления нарушителя к условиям общежития путем исправительно-трудового воздействия; в) лишения преступника возможности совершения дальнейших преступлений".

УК РСФСР 1960 г. в ст. 20 "Цели наказания" устанавливал: "Наказание не только является карой за совершенное преступление, но и имеет цель: исправление и перевоспитание осужденных в духе честного отношения к труду, точного исполнения законов, уважения к правилам социалистического общежития, а также предупреждение совершения новых преступлений как осужденными, так и иными лицами.

Наказание не имеет целью причинение физических страданий или унижение человеческого достоинства".

Недостатки данной формулировки, во-первых, в неопределенности выражения относительно кары: она — цель наказания, как можно заключить из заголовка статьи, или нет? Во-вторых, критики заслуживает политизированность и морализаторство таких целей наказания, как "честное отношение к труду", "точное исполнение законов" и т.д. В-третьих, нереально завышены требования к целям наказания. Можно с достаточной уверенностью утверждать, что при буквальном следовании им ни один из осужденных не достигнет поставленных УК целей и потому должен пожизненно отбывать наказание. В-четвертых, различение терминов "исправлять" и "перевоспитывать" искусственно порождало споры об их содержании.

Отсюда понятно, что Основы уголовного законодательства Союза ССР и республик 1991 г., а за ними проект УК РФ и сам Кодекс отказались от такой формулировки целей наказания. При составлении проектов Основ и УК отдельные разработчики предлагали указать кару как цель наказания. При этом на вопрос противников такого предложения, что включает кара помимо принудительных лишений и ограничений прав и свобод наказываемого лица, ответы внятностью не отличались. На самом деле кара, репрессии — это и есть те ограничения и лишения, которые составляют содержание наказания, но не его цель. Если же кару указывать в качестве самостоятельной цели наказания, то это уже сродни средневековому анахронизму. Тем не менее, такое неудачное противопоставление кары, с одной стороны, и ограничения с лишениями, с другой, содержалось в Общей части проекта УК 1994 г. Его ст. 481 гласила, что "Наказание есть кара за совершенное преступление. Как мера государственного принуждения наказание, назначаемое приговором суда, применяется к лицу, признанному виновным в совершении преступления, и заключается в предусмотренных уголовным законом лишении или ограничении прав и свобод этого лица".

С принятием нового УК споры о каре как цели наказания, казалось бы, потеряли былую актуальность. Однако и после вступления в силу УК 1996 г., в котором слово "кара" отсутствует, дискуссия о каре продолжается. При этом в "кару" вкладывается различное, порой диаметрально противоположное содержание. Так, оригинальное понимание кары предлагает В.К.Дуюнов. Критикуя новый Кодекс за невключение в снятие наказания и его целей признаков кары, он пишет, что кара является одновременно и содержанием наказания, и его целью. Под карой им понимается "реакция на проступок определенного лица, носящая характер упрека, осуждение, порицание этого лица и совершенного им проступка, имеющая целью оказание на виновное лицо и его поведение необходимого воспитательно-психологического и иного предупредительного воздействия"[22]. Кара, якобы, может выражаться "только в порицании деяния и виновного или также в применении к виновному определенных лишений и ограничений"[23].

Автор полагает, что указанная в ч. 2 ст. 43 цель "восстановление социальной справедливости" есть кара. Назначение соразмерного наказания — тоже кара. Смертная казнь, формализованное условно-досрочное освобождение, освобождение неисправившегося осужденного по отбытии наказания — также реализация цели, кары[24].

Согласно другому воззрению главным в каре остается несколько видоизмененный принцип талиона. Поэтому системы наказаний и санкций, построенные на данном принципе, слепо следуют тяжести преступления, оставляя в стороне личность виновного и все заботы по его исправлению[25].

Как видим, амплитуда колебаний в толковании кары весьма широка: от воздаяния и возмездия по талиону до простого упрека. Конечно, в рамках дискуссии ученые могут себе позволить такое доктринальное толкование, но вряд ли оно пригодно для строгого толкования текста как уголовного, так и уголовно-процессуального кодексов на практике, а тем более для изменения УК.

Теперь определенную сложность вызывают такие вопросы: что означает цель восстановления социальной справедливости (текст УК 1996 г. взят из проекта УК 1994 г.); как соотносятся цели исправления и предупреждения совершения новых преступлений; не исчезла ли из ст. 43 УК цель общей превенции для других, не совершивших преступление лиц.

Первую цель наказания — восстановление социальной справедливости учебники и комментарии УК чаще всего трактуют, цитируя принцип справедливости по ст. 6, а именно как соразмерность наказания преступлению и запрет двойной ответственности за преступление. Более углубленно эта цель представлена учебниками, которые помимо текста ст. 6 приводят аргументы в пользу возмещения и восстановления нарушенных преступлением социальных интересов[26]. Также цель наказания трактуется в виде восстановления социальной справедливости в отношении потерпевших, с одной стороны, и справедливое наказание преступника, с другой. Такое понимание данной цели представляется вполне приемлемым.

Справедливость в ряде учебников оценивается как этическая категория или морально-правовое и социально-политическое сознание о добре и зле. Конечно, справедливость — понятие многоаспектное. Однако в роли цели наказания она должна характеризоваться юридически. Восстановление социальной справедливости означает восстановление нарушенных преступлением интересов личности, общества, государства. Материальный ущерб должен быть возмещен штрафом, конфискацией имущества, вычетами из заработной платы при исправительных работах. Физический вред либо не поддается восстановлению, либо ограничен возмещением. Однако наказание в виде лишения свободы, возмещение расходов на лечение и похороны потерпевших определенным образом обладают компенсационными свойствами. Проект УК 1992 г. вводил в УК РФ институт реституции, т.е. наряду с наказанием предусматривал обязательное возмещение по приговору суда причиненного преступлением ущерба, УК Китая (ст. 31) предусматривает, что если потерпевший понес материальные убытки, то преступник, кроме наказания в соответствии с положениями настоящего Кодекса, должен быть приговорен к возмещению материальных убытков.

Осуждение от имени государства в обвинительном приговоре суда к наказанию несет сатисфакцию за причиненный морально-психологический вред личности и обществу.

Соразмерность преступления и наказания как требование справедливости по ст. 6 не ограничивается соответствием деяния и, наказания. Она предполагает также соразмерность наказания личности виновного, смягчающим и отягчающим наказание обстоятельствам (ч. 1 ст. 6, ч. 3 ст. 60, ч. 2 ст. 73 УК и др.).

Требование соразмерности наказания преступлению не заканчивается индивидуализацией наказания при его назначении судом. Оно распространяется и на конструкцию санкций. Поэтому в преступлениях, общественная опасность личности которых допускает вариативность, соответственно альтернативно и с широкой "вилкой" размеров наказания должны формулироваться и санкции. Например, за участие в массовых беспорядках ч. 2 ст. 212 УК предусматривает лишение свободы от трех до восьми лет. Такая "вилка" санкции позволяет индивидуализировать наказание участников таких беспорядков в соответствии с персонально содеянным, а также учитывать случайность или злостность общественной опасности личности виновных. В этом же направлении сконструирована ч. 3 ст. 212, выделяющая тех участников массовых беспорядков, которые ограничились призывами к беспорядкам. Им грозит наказание в виде ограничения свободы, ареста либо лишение свободы на срок до 3-х лет.

Обоснованны мнения о необходимости создавать виды наказаний и санкций с учетом типов личности виновных[27]. Так, в криминологии по устойчивости антиобщественной направленности различают пять типов личности: случайный, неустойчивый, ситуативный, злостный и особо злостный. УК 1996 г. в отличие от УК 1960 г. отказался от понятия "особо опасный рецидивист". Вследствие этого признаки рецидивиста не участвовали в конструкции составов преступлений и санкций. Лишь в единичных случаях встречаются нормы с повышенными наказаниями ранее судимых за аналогичные либо родственные преступления. Так, п. "г" ч. 3 ст. 163 грозит лишением свободы на срок от семи до пятнадцати лет с конфискацией имущества лицу, ранее имевшему ряд судимостей за хищение либо вымогательство.

При обсуждении проекта УК на парламентских слушаниях и после вступления Кодекса в силу некоторые теоретики и отдельные практики критиковали многообразие, альтернативность и размах размеров наказания. Они предлагали сузить "вилки" лишения свободы до трех лет, а то и вовсе переходить к абсолютно определенным санкциям. Такие предложения односторонне исходят лишь из тяжести преступления, оставляя без внимания личность виновного, смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства. Известно, что наказания назначаются за преступление, но его адресатом является лицо, его совершившее. Способности же последнего к исправлению весьма различны. Поэтому вполне справедливы разные наказания за одинаковые по тяжести преступления. Особенно наглядно это иллюстрируется на наказании соучастников единого преступления. В случаях совершения групповых преступлений должна быть большая альтернативность видов наказания и различия минимума и максимума таковых.

Конструируя наказание в санкциях, надлежит учитывать типовые социально-демографические, социально-ролевые и социально-психологические параметры личности. В преступлениях, чаще всего совершаемых подростками, соответствующими должны быть и санкции (например, за вандализм или за угон автотранспорта).

Итак, цель наказания в виде восстановления социальной справедливости предполагает: а) оптимально возможное возмещение, заглаживание посредством наказания причиненного преступлением вреда личности, обществу, государству; б) соразмерность строгости наказания опасности преступления, личности виновного, смягчающим и отягчающим обстоятельствам; в) запрет двойного наказания; г) недопущение в качестве цели наказания причинения физических страданий или унижения человеческого достоинства.

Вторая цель наказания — исправление осужденного. Понятие исправления мы находим в ст. 9 Уголовно-исполнительного кодекса: "Исправление осужденных — это формирование у них уважительного отношения к человеку, обществу, труду, нормам, правилам и традициям человеческого общежития и стимулирование правопослушного поведения". Учебники по уголовно-исполнительному праву и комментарии УК (УИК) РФ обоснованно считают, что в этой статье речь идет не только о юридическом исправлении осужденного, когда он не совершает нового преступления, а о более сложном явлении — нравственном исправлении, когда ценности человеческого общежития осужденный соблюдает глубоко и осознанно, а не из-за боязни нового наказания[28].

Данное понятие исправления является уголовно-исполнительным. Но можно ли его полностью распространить на уголовно-правовое исправление? Представляется, что лишь частично, а именно при применении норм об условном осуждении (ст. 73 УК), условно-досрочном освобождении от наказания (ст. 79 УК), нормы о замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания (ст. 80 УК). В перечисленных статьях УК предусматривает отмену условного осуждения, условно-досрочного освобождения и замены неотбытой части наказания более мягким наказанием не только при совершении лицом нового преступления, но и при невыполнении возложенных на него судом обязанностей. Например, не покидать постоянного места жительства или работы без уведомления специализированного государственного органа, не посещать определенные места и тому подобное. В остальных случаях цель уголовно-правового исправления считается достигнутой, если осужденный не допускает криминального рецидива. Не моральное, а именно юридическое исправление имеет в виду ст. 43 УК.

В некоторых учебниках смешиваются моральное и юридическое исправления. Например, в одном из них читаем: "Цель наказания достигается в тех случаях, когда обеспечивается правомерное поведение граждан и соблюдение правопорядка"[29]. А далее уже правильно утверждается, что цель исправления — это специальное предупреждение, и она достигается, когда осужденный не совершает новых преступлений.

Таким образом, цель наказания в виде исправления считается достигнутой, если осужденный перестает быть рецидивоопасным. Уголовно-исполнительное исправление выступает средством достижения этой цели. Кроме того, оно используется судом при применении вышеназванных норм.

Наконец, третья цель наказания — это общая и специальная превенция (предупреждение)[30]. Более точно она формулировалась в УК 1960 г., а ныне, как отмечалось, в УК Казахстана 1998 г. Общая превенция представляет собой предупреждение преступления со стороны тех неустойчивых граждан, которых от совершения преступления удерживает только угроза наказанием или реальное наказание другого осужденного. Их "неустойчивость" определяется фактами совершения ими предкриминальных правонарушений — административных, финансовых, гражданских, дисциплинарных, налоговых и проч. Количество таковых измеряется многими миллионами в год.

В древнерусском праве для характеристики общей превенции наказания употреблялись выражения "дабы другим неповадно было" или "чтобы другие убоялись" и т.п. К примеру, ст. 6 гл. XXII Соборного уложения 1649 г. устанавливала, что за блудную жизнь и убийство незаконнорожденных детей "казнить смертью безо всякой пощады, чтобы на то гляд, иные такова беззаконного и скверного дела не делали и от блуда унялися".

Обвинительный судебный приговор с наказанием оказывает предупредительное действие прежде всего на неустойчивый тип личности, который допускает предкриминальные проступки, и ситуативный тип, способный совершить преступление при благоприятных криминогенных условиях.

В экстремальных условиях чрезвычайных происшествий природного, технотронного характера либо военных конфликтов особенно наглядна роль общей превенции. Блокирование реализации угрозы, наказания неизменно приводит к росту преступности в самых различных регионах в любых временных периодах. Так, двадцатипятичасовое отключение электроэнергии в Нью-Йорке привело к массовым ограблениям магазинов. Военные конфликты 1994-1996 и 1999 гг. в Чечне, разрушившие систему правоохраны на ее территории, привели к многократному росту преступлений против беззащитных мирных граждан, оказавшихся без охраны, к терроризму, захвату заложников, похищению людей.

При обсуждении первого официального проекта УК РФ на заседании комитета по законодательству Государственной Думы в октябре 1992 г. разработчики альтернативного проекта Кодекса высказывались против общей превенции как цели наказания. Эта цель не указана и в доктринальном проекте Общей части Уголовного кодекса Российской Федерации 1993 г. Доводы, приведенные авторами проекта: пришло время, исчезла целесообразность наказания одних для предупреждения совершения преступлений другими, пора освободить наказание от "ежовых рукавиц", при посредстве которых общество держали в страхе[31]. Аргументы типа "ежовых рукавиц" убедительностью не обладают. Наказание устрашает не общество, а его граждан, которые не совершают преступления исключительно из-за боязни быть наказанными. Ни одно современное общество пока без наказания обойтись не способно.

В результате неправильного понимания разработчиками проекта УК 1994 г. общей превенции она оказалась как бы пропущенной в ст. 43 УК 1996 г. о целях наказания, ибо адресат ее не обозначен.

Специальная превенция представляет собой предупреждение нового преступления со стороны осужденного. Она по существу смыкается с уголовно-правовым исправлением. Поэтому следует солидаризироваться с авторами учебников и комментариев УК, которые считают исправление осужденного по сути специальной превенцией.

Данная цель считается достигнутой, если наказанное лицо теряет свою рецидивоопасность, т.е. не совершает новых преступлений. На проступки и на аморальное поведение это не распространяется. Специальная превентивная цель иногда именуется юридическим, а не нравственным или педагогическим исправлением. Однако "юридическое" исправление неточно, ибо охватывает и цель несовершения проступков. Тем более перед специальной превенцией не ставится задача, как это делал УК РСФСР 1960 г., перевоспитания осужденного в духе честного отношения к труду, точного исполнения законов, уважения к правилам социалистического общежития (ст. 20).

Общие цели наказания конкретизируются в целях соответствующих видов наказания. Так, штраф, объем которого в санкциях статей нового УК многократно возрос по сравнению с УК 1960 г., имеет своей целью ограничение имущественных прав осужденного, который своим преступлением нанес материальный ущерб личности, обществу, государству. Аналогичная цель у конфискации имущества, которая призвана компенсировать причиненный тяжким корыстным преступлением ущерб правоохраняемым интересам.

Лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью нацелено на ограничение профессиональных прав осужденного за то, что он использовал свое служебное положение для совершения преступления.

Лишение свободы направлено на изоляцию осужденного от общества на срок от шести месяцев до двадцати лет. При совокупности преступлений — до двадцати пяти лет, а при совокупности приговоров — до тридцати лет (ст. 56 УК). Исключительная мера наказания — смертная казнь преследует не три, а две цели: восстановление социальной справедливости и общую превенцию.

Новые Уголовные кодексы Узбекистана 1994 г., Казахстана 1997 г., Кыргызстана 1997 г. и Белоруссии гораздо точнее формулируют общую и специальную превенцию наказания. Они говорят о предупреждении совершения преступлений как осужденным, так и другими лицами. Уголовный закон Латвии признает целью наказания "покарание виновного лица за совершенное преступное деяние", а также достижение того, чтобы осужденный и другие лица соблюдали законы и воздерживались от совершения преступных деяний. Киргизский УК кару упоминает в понятии наказания как синоним принуждения, но не цели наказания, что, безусловно, правильно.

Оригинальна позиция УК Республики Беларусь. Раздел III называется не наказание, а "Уголовная ответственность". Ее целями признаются "исправление лица, совершившего преступление, и предупреждение совершения преступления как осужденным, так и другими лицами" (ст. 44). Часть 2 этой статьи устанавливает, что "уголовная ответственность призвана способствовать восстановлению социальной справедливости. Осуждение лица, совершившего преступление, является основанием для взыскания с него как имущественного ущерба, так и материального возмещения морального вреда. Белорусский УК, как видим, обоснованно вывел социальную справедливость из целей наказания. Иначе считает УК РФ, чем обременяет неопределенностью цели наказания, с другой стороны, УК РБ показывает механизм достижения социальной справедливости — возмещение материального и морального вреда, причиненного личности, обществу, государству.

Итак:

1. Наказание обладает шестью свойствами:

а) оно предусмотрено Уголовным кодексом,

б) оно суть мера государственного,

в) принуждения,

г) выносимая судом,

д) заключающаяся в лишениях и ограничениях прав и свобод лица,

е) признанного виновным в совершении преступления.

2. Наказание преследует три цели: восстановление социальной справедливости; исправление осужденного; общую и специальную превенцию.

3. Общие цели наказания конкретизируются в соответствующих видах наказания.