4.2. Выдвижение и проверка общих версий

Решение задач расследования, относящихся к установлению характера, сущности, обстоятельств исследуемого события и причастных к нему лиц, достигается на основе мыслительного процесса, протекающего в форме разработки версий и практической деятельности по их проверке. Проникновение в сущность исследуемого события, познание его причин, связей, обстоятельств, участников, их поведения, роли, причинной связи между их действием (бездействием) и наступившими последствиями возможно лишь благодаря разработке обоснованных предположений, которые в ходе процессуальной проверки подтверждаются, переходят в разряд достоверных выводов либо не подтверждаются, опровергаются, вследствие чего сужается круг обстоятельств, подлежащих выяснению, проверке. И в таких случаях версия предстает первоначальным исходным отображением исследуемых фактов[356], исходным моментом процесса познания, который определяет его направление и цели, конкретные средства и ожидаемые результаты[357].

Предпосылкой необходимости выдвижения версий является информационная неопределенность, отсутствие достаточных данных для достоверных выводов[358], а направленность версий определяется обстоятельствами, входящими в предмет доказывания, и элементами состава преступления[359]. Содержание же версий зависит от целого ряда криминалистически значимых факторов: характера события, категории преступлений, к которой может относиться расследуемое событие, их криминалистической характеристики, наличия или отсутствия информации об обстоятельствах такого события, формирующими следственную ситуацию[360].

Сказанное позволяет классифицировать версии на общие — относящиеся к расследуемому событию в целом, и частные — относящиеся к отдельным обстоятельствам расследуемого преступления и детализируемые в зависимости от конкретных обстоятельств дела.

В методиках расследования отдельных категорий преступлений, особенно в положениях, относящихся к начальному этапу расследования, целесообразно выделять общие и частные типовые версии, характерные для тех или иных следственных ситуаций.

Если конкретные следственные версии конструируются при расследовании каждого отдельного преступления с учетом его индивидуальных особенностей, то типовые версии являются результатом научного анализа и обобщения по определенной категории уголовных дел и призваны помочь следователю осуществить разработку соответствующих версий в конкретной ситуации. Под типовыми версиями понимаются наиболее характерные для рассматриваемого типа ситуаций обоснованные предположения о характере, виде, сущности расследуемого события и его отдельных обстоятельствах, а также о виновных лицах[361].

Еще в 1970 году А. Н. Колесниченко и Г. А. Матусовский обратили внимание на необходимость разработки в методиках расследования отдельных категорий преступлений систем типичных версий и их внедрения в практику. В частности, они отмечали: “Значение систем типичных версий особенно важно в случае ограниченных исходных данных, что часто бывает в начале расследования. Но и на последующих этапах они помогают определять направление дальнейшего расследования, способствуют лучшей его организации”[362]. Думается, однако, что в данном контексте названного вида версии точнее именовать типовыми, т. е. относящимся к выделяемым на определенном этапе расследования типовым следственным ситуациям, а не типичными. Такое наименование данного вида версий в большинстве случаев и употребляется в современной криминалистической литературе[363].

Что касается понятия “типичные версии”, то их, соглашаясь с Н. П. Яблоковым, целесообразно рассматривать как разновидность конкретных версий при расследовании преступлений наряду с атипичными, не характерными, выдвигаемыми в связи с конкретными особенностями обстоятельств уголовного дела[364].

С учетом названных положений рассмотрим систему общих и частных следственных версий применительно к типовым следственным ситуациям, выделенным нами на момент возбуждения уголовного дела.

При получении исходной информации о событии, содержащем признаки корыстно-насильственного преступления, целесообразно построить общие версии о фактической и юридической сущности, характере и разновидности такого события.

Если исходная информация содержит признаки корыстно-насильственного преступления, выдвигаются следующие типовые общие версии:

1. Имело место корыстно-насильственное преступление.

2. Корыстно-насильственного преступления не было.

Далее названные версии по расследуемому событию можно конкретизировать следующим образом.

1. Версии по уголовно-правовой оценке расследуемого события (по видовому критерию):

1.1. Совершен грабеж или покушение на него.

1.2. Совершен разбой или покушение на него.

1.3. Совершено бандитское нападение.

1.4. Совершено убийство из корыстных побуждений или покушение на него.

1.5. Совершено вымогательство.

1.6. Совершена совокупность корыстно-насильственных преступлений.

2. Версии, объясняющие отсутствие корыстно-насильственного преступления:

2.1. Имела место инсценировка видов корыстно-насильственных преступлений.

2.2. Было совершено покушение на преступление, не являющееся корыстно-насильственным, но ошибочно воспринятое потерпевшим или иными лицами как таковое.

В последнем случае субъектом преступления или административного проступка совершаются действия насильственного характера из хулиганских, сексуальных или иных побуждений (из рук потерпевшего вырываются какие-либо предметы, срывается или насильно расстегивается одежда, наносятся побои и пр.) и не содержат в себе корыстного мотива.

2.3. Было совершено преступление, не являющееся корыстно-насильственным, но содержащее некоторые признаки такового.

Неверная оценка характера преступления может объясняться заблуждениями, связанными с неправильным толкованием отсутствия каких-либо вещей, ранее находившихся у потерпевшего (он их потерял, отдал в пользование или подарил кому-то и пр.), и с неверной оценкой мотива и целей преступника. Такая ситуация может возникнуть в связи с убийством потерпевшего либо причинением ему телесных повреждений, препятствующих верной оценке происшедшего на момент возбуждения уголовного дела.

К инсценировке нападения прибегают лица, присвоившие или растратившие чужие деньги, имущество, вверенные ценности, утерявшие важные документы, оружие и пр. При совершении убийств родственниками или близкими лицами истинные мотивы преступления могут ими маскироваться путем инсценировки корыстно-насильственного преступления, совершенного неизвестными лицами, с тем, чтобы отвести подозрение от себя.

Так, на территории Днепропетровской областной больницы на рассвете дворником был обнаружен труп неизвестного мужчины. Пальто, головной убор и обувь отсутствовали, карманы пиджака вывернуты, на голове обнаружены четыре пролома черепа. Вскоре выяснилось, что потерпевший был пациентом больницы. Накануне вечером, около 22 часов, он вышел из палаты в пальто и шапке, сказав соседям, что ему нужно с кем-то встретиться, и он скоро вернется. Следствием были выдвинуты и проверены не только версия о разбойном нападении и убийстве из корысти, но и об убийстве, совершенном по другим мотивам. Изучение личности потерпевшего, его образа жизни, отношений в семье позволило заподозрить в совершении преступления его жену, дочь и зятя. Потерпевший часто злоупотреблял спиртными напитками, выносил из дома вещи, деньги, пропивал их. Систематически между ним и другими членами семьи возникали скандалы, драки. В дальнейшем следствием было установлено, что во время нахождения потерпевшего в больнице его жена выманила для разговора мужа в больничный парк, где их ожидали зять с дочерью. Последние предварительно взяли с собой бутылку водки и металлическую трубу. Они сели с потерпевшим на скамью, где и распили бутылку водки, а затем зять нанес несколько ударов трубой по голове потерпевшего. Убедившись, что потерпевший мертв, они сняли с него пальто, шапку, ботинки, вывернули карманы пиджака, а одежду и обувь выбросили в овраг за забором больницы, инсценировав разбойное нападение.

В большинстве случаев признаки, указывающие на корыстно-насильственный характер совершенного преступления, обнаруживаются уже при возбуждении уголовного дела. В грабежах, разбойных и бандитских нападениях они не вуалируются и обнаруживают себя в фактах изъятия или попытке изъятия чужого имущества путем применения насилия или угрозы его применения. Исключением являются те убийства из корысти, при совершении и после совершения которых преступники предпринимают действия, связанные с сокрытием таких преступлений.

Версия о факте совершения корыстно-насильственного преступления и его определенном виде (разновидности) проверяется посредством допроса потерпевшего (если он жив и в состоянии давать показания сразу после совершения преступления); осмотров места происшествия, которым может быть место нападения, места нахождения использованного преступниками транспортного средства, брошенного или припрятанного оружия или похищенного имущества на открытом участке местности, места пребывания преступников перед нападением; допросов свидетелей, и в первую очередь свидетелей-очевидцев и лиц, принимавших участие в преследовании и задержании подозреваемого, в оказании помощи потерпевшему; назначения судебно-медицинской экспертизы потерпевшего; назначения и проведения инвентаризации и документальной ревизии, а также допроса должностных лиц, охранников и других работников предприятия, организации, учреждения.

Замаскированные корыстно-насильственные преступления или корыстные мотивы преступлений выявляются посредством осмотра места происшествия и выявления скрытых признаков таких мотивов и преступлений, негативных обстоятельств; допросов свидетелей — родственников, друзей и знакомых, соседей и сослуживцев потерпевшего; проведения оперативно-розыскных мероприятий, направленных на выявление подозреваемых, изучение их личности, образа жизни, посткриминальной деятельности, в т.ч. так называемых улик поведения.

Версия об инсценировке грабежа, разбойного или бандитского нападения проверяется путем осмотра места происшествия и установления негативных обстоятельств, опровергающих данную версию; допроса заявителя и выявления в его показаниях различных противоречий; допросов свидетелей; назначения инвентаризации, ревизии, судебно-медицинской экспертизы “потерпевшего”, криминалистических экспертиз.

Проверка версий о совершении преступления (или покушении на него), не являющегося корыстно-насильственным, осуществляется путем указанных ранее процессуальных и непроцессуальных средств. Особое внимание при этом нужно уделить в ходе допроса потерпевшего и свидетелей-очевидцев детализации показаний в отношении пред криминальных, собственно криминальных и сразу следующих за совершением преступления действий виновного лица, его высказываниям, жестам и эмоциональному состоянию и т. п. Это позволит выявить подлинность намерений, мотивов и целей преступника в отношении потерпевшего и его имущества.

В том случае, когда в исходной информации содержатся сведения о вымогательстве, необходимо выдвинуть и проверить типовые общие версии:

1. Имеет место вымогательство.

2. Имеют место другие преступления: насильственное принуждение к выполнению или невыполнению гражданско-правовых обязательств, разбой, грабеж.

3. Имеет место ложный донос.

Названные версии о событии, содержащем признаки вымогательства, необходимо выдвигать и проверять практически всегда в силу информационной недостаточности, противоречивости ряда сообщаемых сведений, запутанности многих обстоятельств, в частности во взаимоотношениях заявителя и лиц, предъявляющих требования материального характера.

Нужно иметь в виду, что при наличии факта вымогательства оно может вуалироваться путем высказывания скрытых угроз, которые выражаются намеками, в ходе изложения отвлеченных и конкретных примеров о “непонятливых” людях, их “неправильных и глупых” поступках, и наступивших вследствие этого “неприятных” или даже “ужасных” последствиях для них и их родных и близких.

С другой стороны, противоправные действия определенных лиц, имеющие некоторые признаки вымогательства, в действительности могут иметь иную правовую оценку, вследствие чего анализируемые действия будут квалифицироваться как принуждение к выполнению или невыполнению гражданско-правовых обязательств (ст. 355 УК), получение незаконного вознаграждения путем вымогательства (ст. 354 УК), самоуправство (ст. 356 УК), грабеж, разбой или другие преступления.

Наконец, заявитель может умышленно оговаривать какое-либо лицо в вымогательстве с целью избавления от конкурента, долговых обязательств имущественного характера, из мести или по другим аморальным соображениям.

Поэтому следователю необходимо, как правило, произвести процессуальную и оперативную проверку, не возбуждая уголовного дела, и получить недостающую информацию, подтвердить или опровергнуть, уяснить некоторые сведения, выявить определенные противоречия и т. п.

Такую проверку целесообразно осуществлять путем получения подробного объяснения по обстоятельствам события и о причастных к нему лицах, проведения комплекса оперативно-розыскных мероприятий, в т. ч. связанных с применением научно-технических средств, ознакомлением с предоставленными заявителем или истребованием необходимых документов. Названные действия имеют важное значение не только для проверки поданного заявления, но и в случае подтверждения излагаемой в нем информации способствуют разработке плана первоначального этапа расследования и операции по задержанию вымогателей с поличным, а также по защите заявителя, членов его семьи, свидетелей от возможных посягательств со стороны преступников.

Таковы общие типовые версии в отношении события, содержащего уголовно-релевантные признаки корыстно-насильственных преступлений на момент возбуждения уголовного дела. “Главные функции таких типовых версий, — отмечает В. Е. Коновалова, — состоят в сосредоточении внимания следователя на признаках, характерных как для того или иного события, носящего характер преступления, так и для события, не имеющего признаков преступного посягательства. Такая ориентация важна для целенаправленного поиска следов и вещественных доказательств, мысленного восстановления картины преступления, а также производства неотложных следственных действий и оперативно-розыскных мер, комплекс которых во всех случаях определяется теоретическими положениями методики расследования отдельных видов преступлений”[365].

Дальнейшая разработка частных типовых версий и программ расследования основывается на решении тактических задач, вытекающих из типовых следственных ситуаций.