Перечень контрольных вопросов: Равноправие сторон и гарантии справедливого судебного разбирательства

Право на надлежащую подготовку

1. В уголовном процессе:

(а) Был ли обвиняемый проинформирован о предъявленных ему уголовных обвинениях?

• Была ли эта информация предоставлена незамедлительно, т. е. в максимально краткий срок после официального предъявления обвинений или после публичного объявления о том, что данному человеку предъявляются обвинения?

• В случае устного предоставления такой информации — последовало ли затем ее подтверждение в письменном виде?

• Была ли эта информация достаточно подробной: т. е. перечисляла ли она деяния, в совершении которых обвинялся данный человек, и закон, согласно которому эти деяния составляют уголовное преступление?

• Была ли эта информация предоставлена на понятном для обвиняемого языке?

Для случаев, когда защитник известен властям:

• Были ли предоставлены защитнику копии обвинительного акта?

(б) Разрешалось ли обвиняемому общаться с защитником по своему выбору в ходе подготовки защиты?

• Был ли обеспечен обвиняемому незамедлительный доступ к защитнику, т. е. вскоре после того, как ему сообщили о предъявляемом обвинении?

• Было ли у обвиняемого право на выбор защитника?

• Имел ли обвиняемый возможность встречаться с защитником наедине и в условиях, гарантировавших полную конфиденциальность их бесед?

• Разрешалось ли присутствие юридического представителя на всех стадиях уголовного процесса, в том числе на допросах?

2. Было ли сторонам предоставлено «достаточное время» на подготовку своих доводов?

а) Было ли предоставлено время, чтобы каждая сторона могла ознакомиться с документальными доказательствами, находящимися в распоряжении другой стороны?

б) Требовал ли защитник отсрочки слушаний, или суду иным образом стало очевидно, что на ознакомление с документальными доказательствами, находящимися в распоряжении другой стороны, было выделено недостаточно времени?

в) Предоставлял ли суд отсрочки в ответ на обоснованные требования? Если нет, то сообщались ли основания для отказа в письменном виде заинтересованной стороне?

г) Когда суд принимал решение о достаточности времени, выделенного на подготовку дела, или об обоснованности ходатайства об отсрочке заседаний,

учитывал ли он такие факторы, как сложность дела, тяжесть предъявляемых уголовных обвинений (если речь шла об уголовном деле) или объем документальных материалов, которые предстояло изучить?

3. Раскрывалась ли сторонам данного производства информация о деле?

а) В случае уголовного процесса — раскрывали ли органы прокуратуры и следствия какие-либо материалы, которые находились в их распоряжении или к которым они могли получить доступ, и которые могли помочь в оправдании обвиняемого или в смягчении приговора?

б) Если суд или трибунал собирал дополнительные доказательства, помимо предъявленных сторонами, была ли эта информация раскрыта сторонам в данном деле?

4. Если какая-либо информация о данном деле не раскрывалась:

(а) Преследовало ли такое нераскрытие информации законную цель? Законной целью может быть: защита национальной безопасности; защита основных прав другого лица, как, например, защита свидетелей от возможной мести; защита важных общественных интересов — таких как секретные методы полицейских расследований.

• Было ли нераскрытие информации строго необходимо для достижения какой-либо законной цели?

• Было ли это нераскрытие информации пропорциональным, т. е. в сопоставлении между благоприятными последствиями нераскрытия и негативными последствиями для сторон в плане возможности подготовки дела?

• Кто принимал (утверждал) решение о нераскрытии информации: судья суда первой инстанции или должностное лицо суда, в полной мере знакомое с проблемами данного дела?

(б) Были ли предусмотрены меры, призванные обеспечить «достаточное уравновешивание» затруднений, возникших в результате нераскрытая информации?

• Предоставлялась ли сторонам информация и разрешалось ли им предъявлять материалы и участвовать в процессе принятия решений (насколько это было возможно без раскрытия соответствующего материала)?

• Сумели ли в итоге стороны подготовить свои доводы по делу?

Слушание без неоправданной задержки

5. Были ли процессуальные задержки или откладывания слушаний разумными с учетом обстоятельств дела, в том числе таких, как:

а) сложность юридических вопросов, по которым принимались решения;

б) характер действий, которые необходимо было установить;

в) количество обвиняемых или участников в гражданском процессе и дающих показания свидетелей;

г) действия обвиняемых или любой стороны гражданского процесса, включая возможные их ходатайства об отложении заседаний или тактику, направленную на затягивание дела;

д) право сторон иметь достаточно времени на подготовку своих доводов;

е) длительность каждой отдельной стадии процесса;

ж) необходимость получения правоохранительными органами взаимной правовой помощи;

з) какие-либо неблагоприятные последствия задержки для правового положения лица;

и) наличие правовых средств для ускорения производства; а также, применялись ли эти средства;

й) результат любого апелляционного производства;

к) связь данного дела с любым иным процессом; а также, требовалось ли в интересах правосудия координировать стадии обоих процессов или ожидать, пока в другом процессе не будут приняты какие-либо меры или решения;

л) возможные последствия данного дела для применения национального законодательства в будущем.

6. В случае уголовного процесса — если суд отказался отпустить обвиняемого под залог и оставил под стражей на все время суда, были ли приняты меры для максимально возможно быстрого проведения суда?

Право быть услышанным

7. Была ли предоставлена обвиняемому (в уголовном процессе) или ответчику (в гражданском процессе) возможность предъявлять свои аргументы по делу в ходе слушания?

8. В контексте уголовного процесса — присутствовал ли обвиняемый на слушаниях?

а) Если суд проводился in absentia, принимали ли компетентные органы надлежащие меры для того, чтобы проинформировать обвиняемого (или защитника, если он был известен) об обвинении, а также о дате, времени и месте проведения слушаний?

б) Продолжалось ли слушание и после того, как обвиняемый досрочно покинул зал суда по какой-либо причине? Если да, то присутствовал ли его защитник на этом слушании?

9. В контексте гражданского процесса — если слушание проходило в отсутствие сторон (т. е. на основе рассмотрения письменной документации), то были ли обстоятельства дела таковы, что непроведение устных слушаний помешало какой-либо из сторон представить свои доводы по делу или возразить против выдвинутых обвинений?

Право защищать себя

10. По выбору одной или более сторон, было ли им разрешено представлять себя самостоятельно на слушании?

• Если нет, то чем было обосновано это ограничение?

• Стояла ли за этим ограничением объективная и достаточно серьезная цель, не преходящая границ защиты интересов правосудия, в том числе таких, как необходимость обеспечить, чтобы обвиняемый мог надлежащим образом защитить себя от серьезных обвинений?

11. Если одна или более сторон предстали перед судом без юридического представителя:

(а) В контексте уголовного процесса — был ли обвиняемый проинформирован о праве на юридическую помощь?

(б) В контексте гражданского процесса — было ли очевидно, что отсутствие юридического представителя может привести к неравноправию сторон, и что не имевшую представителя сторону следовало предупредить о ее праве на юридическую помощь?

(в) Представил ли суд основания, по которым интересы правосудия требовали (или не требовали) назначения адвоката?

12 Если одна или более сторон хотела, чтобы ее представлял адвокат, то:

(а) Было ли ей разрешено быть представленной адвокатом?

(б) Если у данной стороны не было достаточно средств на оплату адвоката, а интересы правосудия требовали назначения ей адвоката, то была ли такой стороне предоставлена бесплатная юридическая помощь?

(в) Было ли данной стороне позволено выбирать себе адвоката?

(г) Был ли адвокат независимым, компетентным и эффективным?

• Если адвокат не был компетентным и эффективным, заметил ли это судья суда первой инстанции?

• Решил ли суд эту проблему каким-либо образом (например, объявив перерыв в рассмотрении дела)?

• Если стороне была предоставлена бесплатная юридическая помощь, поступали ли во время суда жалобы по поводу независимости, компетентности и эффективности официально назначенного защитника?

• Решил ли суд эту проблему каким-либо образом (например, заменив адвоката)?

(e) Имела ли данная сторона возможность проводить консультации с адвокатом наедине и в условиях, которые в полной мере обеспечивали конфиденциальность их общения?

Вызов и допрос свидетелей

13. Были ли сторонам предоставлены одинаковые полномочия по вызову свидетелей, в том числе свидетелей-экспертов, имеющих отношение к разрешению данного дела? Были ли сторонам предоставлены одинаковые возможности вести допрос свидетелей? А именно:

а) Получила ли защита надлежащее уведомление о свидетелях и экспертах, которых обвинение планирует вызвать в суд?

б) Какие меры принял суд для обеспечения явки свидетелей и экспертов, и можно ли считать эти меры достаточными?

в) Разрешил ли суд вызвать свидетелей по ходатайству защиты?

г) Если кто-либо из свидетелей защиты был отвергнут, то на каком основании?

14. Предоставлялись ли сторонам равные возможности для проведения перекрестного допроса свидетелей с тем, чтобы каждая сторона имела возможность задавать свидетелям другой стороны вопросы и оспаривать их утверждения в суде?

a) Если в ходе суда предъявлялись письменные заявления в качестве замены устных показаний, то имели ли стороны возможность лично оспаривать такие заявления в тот момент, когда они делались (например, на допросах на предварительной стадии процесса)?

15. Если суд заслушивал анонимных свидетелей и потерпевших:

а) Какими исключительными обстоятельствами оправдывалась эта мера? Указал ли суд на какую-либо конкретную угрозу возмездия, или основным критерием была тяжесть обвинения?

б) Принял ли суд какие-либо меры, направленные на то, чтобы компенсировать это ограничение прав защиты? Разрешалось ли защите проводить перекрестный допрос анонимных свидетелей и потерпевших?

в) Основывался ли приговор исключительно или в решающей степени на заявлениях анонимных лиц?

Устный и письменный перевод

16. В контексте уголовного процесса:

а) Требовалась ли обвиняемому бесплатная помощь переводчика; т. е. был ли уровень понимания обвиняемым языка, который использовался в суде, и его умения говорить на этом языке настолько низок, что это препятствовало осуществлению им своих прав на защиту?

б) Предоставлялась ли помощь переводчика на всех стадиях устного производства?

в) Переводись ли документальные материалы или, по крайней мере, передавались ли они адвокату, который мог их понять?

г) Был ли назначенный судом переводчик выбран из списка официальных судебных переводчиков?

д) Переводил ли переводчик на родной язык обвиняемого или на какой-либо иной язык?

е) Создавалось ли впечатление, что обвиняемый полностью понимает переводимые ему вопросы?

17. Если возникали проблемы по одному из вышеперечисленных пунктов, то как на них реагировал суд?

18. В контексте гражданского процесса — создавалось ли впечатление, что, с точки зрения принципов равенства сторон и необходимости обеспечения эффективного их участия в судебном процессе, одной или более сторонам следовало предоставить услуги устного или письменного перевода?

19 Были ли квалифицированными предоставленные услуги устного и письменного перевода?

а) Если нет, то доводила ли заинтересованная сторона и (или) ее защитник этот факт до сведения судьи или компетентных органов?

б) Стало ли ненадлежащее качество устного и письменного перевода очевидным судье и компетентным органам каким-либо иным образом? Если да, то какова была реакция суда?

Равноправие сторон и разъяснение прав, возникающих в ходе суда

20 Помимо перечисленных выше факторов, имелись ли в ходе проведения слушаний какие-либо иные моменты, которые стали причиной неравенства сторон?

а) Пользовались ли стороны одинаковыми процессуальными правами?

б) Если нет, то основывались какие-либо их этих различий на требованиях закона, объяснимых объективными и разумными причинами, и не вели ли они к фактическому неравенству сторон и иным нарушениям принципа справедливости?

в) Имели ли стороны возможность представить свои доводы (в том числе возможность собирать доказательства) на равных условиях, т. е. в условиях, когда одна сторона не пользовалась значительными преимуществами над другой?

21. В дополнение к перечисленным выше факторам, была ли в этом деле какая-либо информация, которую официальным органам следовало бы предоставить сторонам с тем, чтобы обеспечить действенное и эффективное осуществление ими прав на справедливое судебное разбирательство?