ПРАВО. КЛАССЫ. ЛОГИКА

ПРАВО. КЛАССЫ. ЛОГИКА

Когда я учился на первом курсе юридического факультета, я знал, что такое право отлично, тем более, что его определение в разных вариантах было одно. Основывалось оно на словах Маркса и Энгельса из “Коммунистического манифеста”. Они, как позже Ленин и Сталин, определения права не дали. Его вывели советские юристы из слов “ваше право есть лишь возведенная в закон воля вашего класса”. Но это Маркс и Энгельс сказали там, где они говорят о пороках буржуазного общества. Так, дальше они продолжают: “Буржуазный брак является в действительности общностью жен”. Делать из этого вывод, что вообще всякий брак есть общность жен, было бы опрометчиво.

Сейчас, после полувека работы в юридической науке, я не знаю, что такое право. За тысячи лет накопилось сотни, если не сказать тысячи, определений права. Право — сложное, многостороннее явление общественной жизни, и каждое определение выделяет какие-то стороны, черточки права. Любое определение ограниченно. И этому есть и другие примеры. Все знают, что такое любовь, но никто, насколько мне известно, определения любви не дал или дали миллионы определений. Особенно поэты. Немало и таких людей, которые считают, что никакой любви вообще нет.

Для меня несомненно, что право выражает волю господствующего класса. В настоящее время те советские юристы, которые с пеной у рта защищали это положение, с той же пеной теперь отстаивают “общечеловеческие ценности”. Возьмите учебники по теории государства и права до 1985 года и сравните с более поздними. Поворот на 180 градусов. Человек не корова, он мыслит и менять свои мнения может, но не по команде «поворот все вдруг». Либо они — ученые, изучавшие право и имеющие о нем какое-то мнение, либо они — лакеи, угождающие господам, что само по себе доказывает классовость правовой науки.

Ленин был глубоко прав, когда говорил, что общественные явления можно понять, только подходя к ним с позиций классов и классовой борьбы. Однако сама проблема классов нуждается в изучении и понимании.

Что служит критерием в определении классов? Марксизм таким критерием считает отношение к средствам производства и делит современное общество на капиталистов, пролетариев и мелких собственников — крестьян и ремесленников. Интеллигенция в советское время считалась прослойкой, а не классом. Мне кажется, что это неправильно. Она действительно отделена от средств производства, но от пролетариата отличается только по виду труда. Правда, большей частью она служит господствующему классу, обслуживает господствующий класс.

Кстати, открытие классов и классовой борьбы не принадлежит Марксу. Как он сам говорил, это открытие сделали некоторые французские ученые до него. Маркс себе в заслугу ставит доведение этого открытия до логического конца — диктатуры пролетариата и построения бесклассового общества.

Что же происходит с классами в наши дни? В нашей экономической науке фактически критерием приняли толщину кошелька, хотя критерий этот относительный для деления на массы. Классы делятся на высший, средний и низший. Низший класс — с него начнем, поскольку определение его наиболее просто: это трудящиеся, живущие на зарплату. (Говорят, в Одессе было самое страшное проклятье: “Чтоб ты жил на одну зарплате!”)

Положение интеллигенции в наши дни — бедственное, и она по определению принадлежит к низшему классу. Доктора наук в НИИ получают так мало, что не могут кормить семью, да и такую зарплату задерживают. Профессора вузов получают больше в связи с введением платного обучения и наличием дополнительных средств у ректоров, но тоже не могут содержать семью на одну зарплате, совместительствуют еще в паре-тройке вузов, читают платные лекции и т.д.

К высшему классу относятся капиталисты, бандиты (арестованный в Испании, главарь московской медведковской преступной группировки Терехов купил виллу за три миллиона долларов, несколько автомобилей, имел многочисленную охрану, проводил время в казино и т.д.) В России до недавнего времени не арестовывали главарей преступных группировок, наоборот, кое-кто из них даже баллотировался в высший законодательный орган России). К высшему классу относятся и высокопоставленные чиновники.

Что же такое “средний класс”? Туп для ученых-экономистов широчайшее поле для “научных” споров и диссертаций. Чем они и пользуются. Одни говорят, что у нас среднего класса нет и его надо создать, для чего даже организовали специальное министерство с Ириной Хакамадой во главе, но быстро поняв, что делать ему нечего, его ликвидировали. Друтие говорят, есть средний класс, но слабенький. Ну и кого можно к нему причислить, этого тоже никто не знает.

Есть еще “маргиналы” бомжи, безработные, беспризорные, вокзальные проститутки, воры и бандиты (только низшего ранга) и прочая, довольно многочисленная в нашей стране подобная публика.

Не понимая сущности и механизма действия права, многие юристы и политики часто говорят “наше законодательство несовершенно” и, пытаясь исправить органические пороки нашего общества, предлагают издать прекрасные законы, посте чего у нас все будет хорошо.

Нечто подобное говорил Вольтер: “Если хотите иметь хорошие законы, сожгите старые и напишите новые”. Но и то, и другое невозможно. Даже после Октябрьской революции довольно долго продолжали действовать законы, обычаи и даже учреждения царского времени. Екатерина II, которая переписывалась с Вольтером и заимствовала некоторые его идеи, будучи недовольна российским законодательством, однажды решила не выходить из павильона Монплезир в Петергофе, пока не напишет новых законов для России. Конечно, пришлось ей выйти, не осуществив своего намерения, хотя вообще в ее царствование законодательство было значительно изменено в пользу дворянства.

Многие не понимают, что законы — просто слова, написанные на бумаге, и сами по себе ровным счетом ничего не значат. Есть хороший юридический анекдот, иллюстрирующий это положение.

Разговаривают клиент с адвокатом:

— Значит, я имею право...

— Безусловно!

— Значит, я могу...

— Ни в коем случае!

Я предложу вам задачу весьма далекую от юмора.

В Кодексе законов о труде есть статья 96 “Сроки выплаты заработной платы”: Заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца.

Это закон. Но в последние годы у нас стали возникать задержки выплат заработной платы не на месяцы, а даже на годы. Предположим, вы — учитель и вам не платили зарплату 6 месяцев. Закон вы знаете. Закон нарушен. Что вы будете делать? Даже если обратитесь в суд, и суд вынесет решение в вашу пользу, надо его еще исполнить, а директор школы говорит: “Ну, нет у меня денег. Нет!” А на нет, как известно, и суда нет. Объявите голодовку? Да голодайте сколько угодно, аппетита министру и правительству это не испортит. Объявите забастовку? Это уже аппетит районному чиновник- может быть, испортит. А может быть, и нет. Но и денег тоже нет.

Итак, в задаче спрашивается: как добиться исполнения закона? Как получить деньги? Деньги заработанные.

Поэтому надо признать, что право — ничто без аппарата, способного принуждать к исполнению права. Этот аппарат находится в руках государства, служит государству и если государству невыгодно исполнение его же законов, они и не будут исполняться.

Мне жаль, что в книге занимательной, мне приходится говорить о вещах политических и неприятных, но это неизбежно, если я хочу дать истинное представление о праве, ибо, как сказал Ленин, право, закон “есть мера политическая, есть политика”. Право, закон непосредственно затрагивает интересы господствующего класса, вопросы борьбы классов.

Однако подавляющее большинство норм права действительно носит общечеловеческий характер безразличный к вопросам классовой борьбы или морали. Нормы права устанавливают порядок отношений между людьми. Например, хотя бы правила приемки товаров при их поставке. Они безразличны и с точки зрения борьбы классов и с точки зрения морали. Нормы не убий, не укради суть общечеловеческие нормы морали pi нормы права в любой стране. Но как вы думаете, одинаковые ли будут последствия, если совершит убийство сын министра или миллионера и сын рабочего? Именно в этом случае в действиях государственных органов скажутся классовый характер права и классовый характер государственного аппарата, судебной системы.

Но, как уже говорилось, в большинстве случаев при решении правовых вопросов на первое место выступает логика. Задача юриста — убедить суд или другой государственный орган в своей правоте, добиться решения в свою пользу

В XVIII веке в юриспруденции существовало мнение, что правовое решение суть чисто логическое решение, где норма закона — большая посылка, казус — малая посылка, решение — вывод. Все решение можно свести к силлогизму Например: по закону при разводе вопрос о судьбе ребенка решается в интересах ребенка. Мать — алкоголичка, ведет беспорядочный образ жизни. Следовательно, ребенок останется с отцом.

Конечно, обе посылки могут быть сложнее, но принципа придерживались именно такого. Когда в наши дни появились ЭВМ, мнение это возродилось и нашлось довольно много ученых, которые считали, что ЭВМ беспристрастно сможет решать правовые проблемы, если не непосредственно, то, во всяком случае, подскажет решение чиновнику, не имеющему- юридического образования. Ему нужно будет только ввести все необходимые данные, и машина подскажет беспристрастное и справедливое решение.

Но этого не будет никогда. Много лет назад во время мирового футбольного чемпионата болельщики пытались с помощью ЭВМ предсказать результат. Они ввели в ЭВМ данные обо всех командах-участницах, числе и качестве их побед и поражений, забитых и пропущенных мячей и много других сведений. Вышло, что первое место займет... команда СССР. Однако она заняла тогда далеко не первое место. Этот случай показал, что ЭВМ — равнодушная машина, которая выдаст желаемое решение. Болельщики советской команды, как им казалось, закладывали в машину беспристрастные данные. На деле же операторы невольно подсказывали машине результат.

Не говоря о том, что пока еще нет компьютеров, которые технически способны решать правовые проблемы, государство, пока оно существует, не допустит беспристрастных решений. Потому, что и государство, и право — политические институты.

Но поскольку, как уже сказано, в большинстве случаев решения не затрагивают классовых интересов, вперед выступает логика.

Проиллюстрируем это юридическим казусом.

Летом на берегу небольшой таежной речки жители деревни занимались разнообразными делами, как это бывает в хорошую погоду. Вдруг на другом берегу, заросшем густым кустарником и деревьями, послышался треск ломаемых кустов, как будто сквозь них кто-то продирался. Раздался крик — “Медведь!' Его подхватили: "Медведь, медведь!” Сибиряки, жители тайги часто не расстаются с ружьями. Двое мужчин схватили ружья (двустволки обычно заряжены пулей на крупного зверя в одном стволе и дробью на птицу — в другом) и одновременно выстрелили в том направлении, где трещали кусты. Треск прекратился. Когда на лодках переправились на другую сторону, увидели убитого человека.

Расследование показало, что убит он одной пулей. Поскольку ружья гладкоствольные, а пули куплены в одном месте, установить, чьим выстрелом был убит человек, оказалось невозможно и к уголовной ответственности привлекли обоих.

Совершено убийство. Это — преступление, пусть неумышленное. Перед судом предстали двое, а убил один. Кто-то из них. Суду предстояло вынести решение. Вариантов было два: или в силу

презумпции невиновности обоих отпустить, наказав за нарушение правил охоты, либо осудив обоих за убийство.

Задача чисто логическая. Дело переходило из инстанции в инстанцию. В одной оба осуждались, затем обвинительный приговор обжаловался, дело переходило в другую инстанцию, где обоих оправдывали в силу презумпции невиновности, потом прокуратура опротестовывала оправдательный приговор и т.д. Дело слушалось не меньше 10 раз. И в Верховном суде РСФСР, и в Верховном суде СССР, и, наконец, на пленуме Верховного суда СССР.

Обращаю внимание на то, что в деле участвовали сотни грамотных и опытных юристов: прокуроров, сущей, адвокатов, консультантов. Противоположные решения нельзя объяснить неграмотностью, предвзятым отношением, классовыми интересами. Только борьбой логических рассуждений.

Рассмотрим сначала проблему презумпции невиновности. В Конституции она сформулирована так: “Каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда".

Но презумпцию невиновности нельзя абсолютизировать. Иначе как объяснить, что в СИЗО сидят иногда по 2-3 года невиновные люди, которых потом суд оправдывает? Условия содержания в СИЗО, как известно, ужасны и могут быть приравнены к пытке, для людей больных они равносильны смертному приговору. Выходит, что невиновных сажают в тюрьму до суда, до приговора?

Поэтому одно время (в “дореформенный” период) суды вообще не выносили оправдательных приговоров. Существовало негласное “указание”, которое объяснялось таю советская правовая система не предает суду невиновных. Поэтому если тебя привлекли к суду, осудят обязательно. Не по одной статье, так по другой. Существовала поговорка: “дайте человека, а статью ему подберем”. Сидели и совершенно невиновные люди, обвиненные в тяжких преступлениях. Расскажу об одном таком случае.

В одной деревне исчезла буфетчица Зина Телякова (одновременно в буфете пропало 600 рублей, по тому времени большая сумма). Весной в реке обнаружили разложившийся труп женщины, в которой "опознали” Зину. Мачеху Зины и ее мужа Алексенцева осудили на 5 лет лишения свободы. Находясь в заключении, Алексенцев написал огромное число жалоб, в которых просто кричал: “Жива Зина! Живет в Сталинградской области!" Жалобы оставались без последствий до тех пор, пока не надоело их получать. По протесту прокурора на мягкость приговора Верховный суд РСФСР пересмотрел дело и назначил Алексенцеву 10 лет лишения свободы! Чтобы не жаловался! Отсидев (вернее, отработав в лагерях) весь срок, Алексенцев поехал в город, где, как он все время утверждал, жила Зина, получил в адресном столе справку о ее месте проживания и тогда был реабилитирован. Виновные в его осуждении были “наказаны": прокурор Тамбовской области был... назначен прокурором Воронежской области, председатель областного суда получил выговор и остался на своем месте.

Итак, если не осужден — невиновен. Как же можно невиновного посадить до суда? Но есть и другая крайность. Основываясь на презумпции невиновности, некоторые деятели считают, что журналисты не имеют права писать о явном воре или главаре мафии, пока они не осуждены. Это явный перехлест. Именно такие публикации ведут к разоблачению и наказанию виновных. Конечно, обвиненный журналистами человек имеет право подать в сущ, и там журналист должен доказать свое обвинение.

С другой стороны, что такое преступление? По уголовному кодексу, действовавшему в то время, ответ давала ст. 6: “Общественно опасным признается всякое действие или бездействие, направленное против Советского строя или нарушающее правопорядок...”. Таким образом, определяющим является слово действие. Оба стрелка совершили абсолютно одинаковые действия, в результате которых погиб человек. Отсюда вытекает, что они должны нести за эти действия одинаковую ответственность.

Итак, в задаче ставится вопрос, оба должны быть оправданы или обоих следует осудить за убийство?