III. Временные (предварительные) меры

— Толкование —

77. Судебная практика утверждала, что подача жалобы в Суд не имеет приостанавливающего (отлагательного) действия. Из этого следует, что Конвенция не разрешает Суду stricto sensu приказывать Государствам принять временные меры, состоящие в отсрочке исполнения акта, исходящего от национальной власти. Однако строгость этих принципов была уменьшена. Вдохновляясь практикой Комиссии в этой сфере (Правило 36 внутреннего Регламента), Суд предусмотрел в своем Регламенте, в Правиле 39, что он может указать сторонам на любую временную меру, в отношении которой он посчитает, что она должна быть принята в интересах сторон и надлежащего развития производства.

78. Конвенция и временные меры. «Конвенция, в отличие от других международных договоров и документов, не содержит никакой точной нормы в этой сфере». (Cruz Varas et al., 94).

79. Конвенция и полномочие постановить о временных мерах. «Полномочие постановить о временных мерах не может вытекать ни из статьи 25 п. 1 in fine, ни из других источников». (Cruz Varas et al., 98).

80. Конвенция и временные меры, предусмотренные в статье 36 внутреннего Регламента Комиссии. Статья 36 внутреннего Регламента Комиссии «имеет статус простой процедурной нормы, установленной Комиссией в силу статьи 36 Конвенции. Учитывая отсутствие в последней нормы, посвященной временным мерам, указание, данное в статье 36 внутреннего Регламента, не должно считаться создающим юридическую обязанность Договаривающегося Государства». (Cruz Varas et al., 98).

81. Конвенция и временные меры, предусмотренные в статье 36 внутреннего Регламента Комиссии. Если Государство решит не следовать указанию, полученному в соответствии со статьей 36 внутреннего Регламента Комиссии, «оно принимает на себя риск объявления его виновным в нарушении статьи 3 органами Конвенции. В случае, если Государство оказалось столь внимательным к опасностям, что можно было предвосхитить результат спора, рассматривавшегося в Комиссии, отказ следовать указанию следует, по мнению Суда, рассматривать как отягчающий любое нарушение требований статьи 3, позже установленное в Страсбурге». (Cruz Varas et al, 103).