7. Справедливое судебное разбирательство

— Толкование —

349. Очевидно, что принцип «справедливого судебного разбирательства» применяется одновременно в производстве по гражданским и уголовным делам. Тем не менее, именно в отношении последнего был разработан истинный corpus juris. Из этого следуют общие принципы толкования и два вида основополагающих гарантий: органические гарантии, которые делают возможным, предусматривая ряд обязательств, лежащих на государственных органах, ведение справедливого судебного разбирательства (гласность процесса, независимость и беспристрастность суда); гарантии функционирования, сосредоточенные на динамическом понятии и не равенстве сторон на протяжении всего процесса. Именно эти последние гарантии наилучшим образом передают характер справедливости, который должен пропитывать движение процесса, гражданского или уголовного.

Эти гарантии должны регулировать судебное разбирательство таким образом, чтобы обеспечивать его справедливость на всех, процессуальных стадиях. Динамика движения процесса свидетельствует о том, что суждение о справедливости судебного разбирательства может зависеть только от рассмотрения всех действий, совершенных в ходе этого разбирательства.

Два аспекта, на которых сконцентрирована судебная практика, касаются, в основном, доказательств и соблюдения прав защиты.

В сфере доказательств следующие принципы вытекают из судебной практики, которые, впрочем, только подтверждают принципы, которые регулируют уголовное судопроизводство в демократических странах.

Прежде всего, бремя доказывания должно лежать на обвинении, а сомнения толковаться в пользу обвиняемого. Из этого следует, что на обвинение ложится обязанность предоставления доказательств, достаточных для обоснования заявления о виновности.

Важно то, что доказательства должны по общему правилу представляться обвиняемому на открытом заседании, с тем, чтобы обеспечить состязательность.

Хотя в области доказательств можно выделить две стадии, которые следуют одна за другой, стадию представления доказательств и стадию оценки доказательств, органы Конвенции не проводят их глобального исследования для решения вопроса об их соответствии тексту Конвенции.

Правда, что статья б Конвенции не регламентирует допустимость доказательств как таковую, так как в ней речь идет о сфере, которая по общему правилу относится к внутреннему праву, и что на национальные суды, и особенно на суды первой инстанции, возложена обязанность оценки представленных доказательств. Тем не менее, органам Конвенции надлежит выяснить, было ли справедливым судебное разбирательство, рассматриваемое в целом, включая способ представления обвинительных и оправдательных доказательств.

Необходимость избежать неравенства сторон и обеспечить их равенство неоднократно подтверждалась в судебной практике.

Равенство сторон имеет целью воспрепятствовать, особенно в рамках уголовного процесса, тому, чтобы обвиняемый не оказался в невыгодном положении по отношению к обвинению. Это (невыгодное положение) может вытекать из законов (УПК), которые предусматривают разное положение обвиняемого и прокурора относительно процессуальных гарантий (например, при апелляционном рассмотрении или при кассационном обжаловании). Такое положение оказывается, в принципе, противоречащим самому понятию справедливого судебного разбирательства, тем более что судебная практика признала «значительное развитие», отмеченное, в частности, «важностью, придаваемой внешним признакам и увеличившейся чувствительности общества к гарантиям надлежащего правосудия».

По общему правилу, понятие справедливого судебного разбирательства подразумевает возможность для обвиняемого присутствовать на заседании. Эта возможность вытекает из объекта и цели всей статьи б Конвенции. На самом деле, осуществление прав, которые гарантирует эта норма, предполагает право быть выслушанным.

Заочное производство, предусмотренное в некоторых правовых системах, создает серьезные проблемы с точки зрения справедливого судебного разбирательства. Из судебной практики вытекает следующий принцип. Когда национальное законодательство разрешает движение процесса, невзирая на отсутствие «обвиняемого», последний должен, в ходе разбирательства, иметь право добиться того, чтобы суд вынес заново, заслушав его, решение об обоснованности предъявленного ему обвинения.

«Право быть выслушанным» не ограничивается, в принципе, первой инстанцией. Уголовный процесс, в особенности, составляет одно целое; Государство, которое располагает апелляционным или Кассационным судом, обязано следить за тем, чтобы тяжущиеся пользовались при этом основополагающими гарантиями, предусмотренными статьей 6 Конвенции.

Тем не менее, условия применения гарантий зависят от процесса, о котором идет речь. Что касается апелляции, нужно учитывать процесс в целом, предусмотренный внутренней правовой системой, и роль, которую в нем играет апелляционный суд.