2.1.2 Правомерные ограничения права на обращение в суды и трибуналы

Право на обращение в суды обеспечивает, чтобы никакое лицо не было лишено своего права требовать правосудия[131]. Вместе с тем, это право не является абсолютным и может подлежать законным ограничениям, таким как срок исковой давности; обеспечение приказа о выплате судебных издержек; нормы, касающиеся несовершеннолетних, умственно неполноценных, банкротов и сутяжнических истцов; парламентской неприкосновенности и иммунитета международных организаций[132].

Комитет по правам человека разъясняет, что любые ограничения права на обращение в суд должны быть основаны на законе и быть оправданы объективными и разумными основаниями[133]. Нарушение статьи 14 МПГПП может наступить в случаях, если такие ограничения[134]:

• не предписаны законом;

• не являются необходимыми для преследования таких законных целей, как надлежащее отправление правосудия, или исключений из юрисдикции, вытекающих из международного права, таких как, например, иммунитеты;

• если возможности доступа отдельного лица к правосудию ограничены в такой степени, что это подрывает суть этого права.

Европейский суд по правам человека применяет те же критерии к ограничению ограничиваемых прав, а также учитывает пределы усмотрения в случаях, когда оценивает соблюдение властями каждой страны права на обращение в суд[135]. При этом Европейский суд разъясняет, что право на обращение в суд в силу своей природы требует со стороны государства регулирования, которое может различаться во времени и местах в зависимости от потребностей и ресурсов общества и отдельных лиц[136]. Таким образом, государства в принципе свободны в выборе средств достижения этой цели[137]. Вместе с тем, усмотрение государств регламентируют следующие руководящие принципы, согласно которым регулирование прав доступа к правосудию[138]:

• не должно ограничивать оставшиеся у данного лица права доступа к правосудию таким образом или в такой степени, чтобы при этом подрывалась суть данного права;

• должно преследовать законные цели;

• должно оправдываться разумным отношением пропорциональности между применяемыми средствами и искомой целью.

Нарушение права доступа к правосудию наступает, если лицам отказано в возбуждении иска против других лиц по причине их расовой, половой принадлежности, цвета кожи, языка, вероисповедания, политических или иных взглядов, национальности или социального происхождения, имущественного, сословного положения или иного статуса[139]. Этот аспект права доступа любого лица к правосудию тесно связан с принципом равенства перед судами и трибуналами (см. также 2.2). Например, дело «Ато дель Авелланаль против Перу» [Ato del Avellanal v Peru] касалось иска о неуплате аренды, возбужденного г-жой Ато дель Авелланаль против бывших нанимателей собственности, владельцами которого была она и ее супруг. Суд признал, что статья 168 Гражданского кодекса Перу шла вразрез с положениями МПГПП, поскольку предусматривала, что лишь супруг замужней женщины имеет право обращаться в суд с иском, касающимся общей собственности супругов[140]. Суд признал, что в этой части данный закон противоречит статьям 3 и 26 Пакта, предусматривающим гарантии равенства и свободы от дискриминации.

Установление законом препятствия к возбуждению гражданского иска Европейский суд по правам человека рассматривал в деле «Филлис против Греции» [Philis v Greece]. Заявителем по данному делу был инженер, который добивался подачи иска о выплате ему вознаграждения за выполненную работу; при этом он хотел подать иск против компании-ответчика непосредственно от собственного имени. Однако, в связи с тем, что он состоял членом Технической палаты Греции (Technical Chamber of Greece), по закону он не имел права возбуждать иск от собственного имени, поскольку таким правом наделялась лишь Техническая палата. Европейский суд постановил, что Филлис имел право на подачу гражданского иска от собственного имени независимо от членства в любом союзе и признал в этом деле нарушение пункта 1 статьи 6 ЕКПЧ[141]. В деле с другими фактами, «Литгоу против Соединенного Королевства» [Lithgow v the United Kingdom] Европейский суд признал, что ограничение права каждого индивидуального акционера на непосредственное обращение в суд в контексте широкомасштабной национализации преследовало законную цель, а именно стремление избежать многочисленных исков и процессов, возбужденных отдельными акционерами. Также, принимая во внимание полномочия и обязанности представителя акционеров (который имел право действовать от имени всех акционеров в совокупности), а также пределы усмотрения государственных органов, Европейский суд нашел, что в данном случае имело место разумное соотношение пропорциональности между принятыми мерами и данной целью[142].

Доступ к судам и трибуналам также должен быть равным для стороны обвинения и стороны защиты. Например, в деле «Вайс против Австрии» [Weiss v Austria] отсутствие у заявителя права обжаловать неблагоприятное решение Высшего регионального суда, при наличии такого права у обвинителя, Комитет по правам человека признал нарушением пункта 1 статьи 14 на том основании, что суд не обеспечил обеим сторонам равного обращения[143]. Этот вопрос перекликается и с правом лица на обжалование осуждения и вынесенного приговора (см. также 10.1).