Глава 11. По направлению к системе ссылки

Устрашающий указ 1663 года провозглашал: «Татям, разбойникам и убийцам, которые… довелись смертныя казни, указал Великий Государь отсечь обе ноги да по левой руке, а смертию их не казнить, и учиня им казнь, те отсеченные ноги и руки на больших дорогах прибивать к деревьям, и у тех же ног их и рук написать вины их и приклеить… чтоб всяких чинов люди то их воровство ведали».

Такое членовредительство, по сути четвертование, настолько превосходило жестокостью обычное телесное наказание, что уже три года спустя оно было отменено. С этим контрастирует законодательство 1691 года, изменившее многовековую традицию ступенчатого наказания за кражу и установившее, что три, а не две кражи, еще не наказываются смертью: «Которые воры… учнут виниться в трех татьбах, а в разбоях и в убийствах виниться не учнут, и им чинить наказанье – бить кнутом и, запятнав, ссылать в Сибирские городы, а смертью их за три татьбы не казнить». В то же время Сэмюэль Коллинс, личный врач Алексея Михайловича, несколько лет в 1660-е годы проживший в Москве, писал о применении смертной казни в России: «В субботу на Страстной неделе он [царь] посещает некоторые тюрьмы, рассматривает преступления колодников и некоторых освобождает. Недавно был выпущен один англичанин, сидевший в тюрьме за делание фальшивой монеты. Смертью здесь наказывают очень немногих, а большую часть преступников секут кнутом: и это наказание хуже смертной казни»[648]. Эти три различных источника дают понять, что в уголовном праве происходило некоторое движение от смертной казни («смертной казнью здесь наказывают очень немногих») к ссылке, с помощью которой власть демонстрировала свою власть, по сути заставляя преступника работать на себя[649].